Пророчества о Царе (отрывок)

140«В преддверии скорбного юбилея 100-летия отстранения от престола Императора Николая II и заключения под стражу Государя и его Семьи, Научно-исторический отдел Николо-Сольбинского монастыря совместно с Крестовоздвиженской Ливадийской дворцовой церковью Симферопольской и Крымской епархии, Кафедральным собором в память новомучеников и исповедников Российских Исилькульской епархии выпустил в свет издание: “Духовный мир Императора Николая II и его Семьи”, главы из рукописи которой мы представляем вашему вниманию».

 

ЦАРЬ И ПРОРОЧЕСТВА О НЁМ (отрывок)

Вот, иду, как <…> написано обо Мне…

Важно и то, что пророчества о мученичестве Царской семьи, имеющие под собой фактическую основу, связаны с именем или местами пребывания преподобного Серафима Саровского. Вспомним, это был святой, едва ли не самый почитаемый Императорской четой, канонизированный по ее настоянию. Преподобного прославили 19 июля 1903 года, а 30 июля 1904 года родился долгожданный Наследник престола. Царская семья связывала рождение Цесаревича с молитвами к святому Серафиму. 18 июля 1903 года, накануне прославления преподобного Серафима Царская семья Причастилась — приняла в себя Христа, а 17 июля (нового стиля) 1918 года Венценосцы приняли мученичество. Всё рядом. Мы полагаем, народно-церковное предание не зря связало их воедино. Святой должен был предсказать Царю его миссию. Но как? Мы не знаем.

Однако важно иметь в виду, что доброе намерение некоторых сказателей представить подвиг Царя предначертанным и изначальное знание Государя о своей роли, имеет один серьезный изъян. Православной богословской системе чуждо понятие предопределения, а духовному деланию — фатальное восприятие действительности. Знание о своей судьбе невозможно.

Анализ эпистолярного наследия Царской семьи, а также физиогномический анализ нескольких тысяч любительских, личных фотографий Царской семьи, не предназначенных для публикации, говорит о том, что у Императора не было фатального мироощущения. При том, что Царь действительно не мог не чувствовать угрозу и возможность трагического завершения своего служения. Терроризм и революционные выступления давали достаточно поводов к подобному беспокойству и без мистики. В начале XX века, особенно в 1916 году многие чувствовали приближение социального катаклизма. Этот процесс казался необратимым и, вероятно, был таковым. Но именно Император верил в лучший исход! В то, что буря может миновать. Анализ политических действий Царя позволяет утверждать: до последних дней своей власти он делал все возможное, чтобы предотвратить пагубное развитие событий.

Вероятно, Государь даже если и как-либо получил некое пророчество, то доверял Богу больше чем предсказаниям, от кого бы они ни исходили. С точки зрения православного мироощущения — это верная позиция. Мы полагаем, что Государь не жил неотвратимым ощущением своей жертвенной миссии. Он выполнял каждодневный труд Отца Отечества и Семьи, действуя просто и логично: в государстве — добивался победы на войне, в быту — хорошо воспитывал детей, в духе — ходил в церковь, молился по мере сил.

А тучи действительно сгущались. В Петрограде царила «заряженная нервическая атмосфера». Показательно, что даже иностранная медсестра (Дороти Сеймур), получив приглашение на аудиенцию с Царицей, 1 декабря 1916 года писала матери: «Будет ужасно досадно, если прежде чем я побываю у нее, начнется революция».

Поэт Максимилиан Александрович Волошин, говоря о провокации «кровавого воскресенья» в 1905 году, пророчески писал:

«Уж занавес дрожит перед началом драмы,

Уж кто-то в темноте — всезрячий, как сова, —

Чертит круги, и строит пентаграммы,

И шепчет вещие заклятья и слова».

Отметим, что в Петрограде никогда раньше не выпивали такое количество шампанского, как за 1916 год, стараясь «запить, что будет после». Чувствуя приближение катастрофы, «город веселился, как никогда». А прямо накануне революции многие современники тех событий позднее вспоминали «мертвую тишину», мороз – 37,2°, «пустоту и темь… как будто душа покинула еще живое тело».

Конечно, Императорская семья предполагала возможность государственного переворота. И чем дальше развивались события, тем более в их сознании утверждалось, что 6 мая — день рождения Государя не просто совпал с днем памяти святого Иова Многострадального, а возможно дал им предзнаменование. Понимали это и Царские дети. Флигель-адъютант Государя Анатолий Александрович Мордвинов отметил, что после смерти Григория Распутина дети «почувствовали, что с его убийством что-то страшное и незаслуженное началось для их матери, отца и них и что оно неуклонно приближается к ним». Но и под арестом в Царском Селе Венценосцы старались надеяться на лучшее: на Ливадию вместо Тобольска! Позднее и Тобольск приглянулся Императорской семье. Как свидетельствовал последний духовник Царской семьи, протоиерей Владимир Хлынов, они были готовы остаться в Тобольске на постоянное местожительство.

Приход к власти большевиков мог дать волю самым мрачным предчувствиям. «Атмосфера электрическая кругом. Чувствуется гроза», — писала Императрица Анне Вырубовой в апреле 1918 года.

Вскоре, 23 апреля стало известно, что Царскую семью разлучают: Государя, Императрицу, Великую княжну Марию Николаевну с несколькими сопровождающими лицами увозят в неизвестном направлении. 25 апреля вечером в губернаторском доме состоялось последнее чаепитие Семьи с приближенными. Чарльз Сидней Гиббс, бывший за этой трапезой, утверждал: «Они [Царская семья] знали, что это был конец».

Историк Хелен Раппапорт этой фразой Гиббса назвала одну из глав своей работы и, на наш взгляд, верно отметила: у Царской семьи «было невысказанное, но четкое представление о том, что может ждать их впереди». Это же чувствовало и все окружение Царской семьи.

Пьер Жильяр, также бывший на том, последнем чаепитии в Тобольске, вспоминал: «Царское семейство провело все послеобеденное время около кровати Алексея Николаевича. В 10½ часов вечера мы отправляемся пить чай. Императрица сидит на диване в окружении двух своих дочерей, они так плакали, что лица их припухли. Каждый из нас скрывает свои страдания и старается быть спокойным. Мы чувствуем, что если один из нас поддастся, то увлечет за собой всех других. Император и Императрица серьезны и сдержаны. Видно, что они готовы на все жертвы, в том числе и жизнью, если Господь в своих путях неисповедимых потребует этого для спасения страны. Никогда они не выказывали нам большей доброты и заботы. Это громадное спокойствие и эта удивительная вера, которая была у них, передалась и нам».

Но и при таком жертвенном, мужественном настроении перед отправкой в неизвестность, нам трудно представимом, женская половина Царской семьи прятала в корсетах брильянты. Семья надеялась на спасение и, чтобы было на что жить, и жить на соответствующем уровне, скрывали личные драгоценности, предусмотрительно вывезенные ими из Царского Села. Было разумно постараться сохранить материальную стабильность Семьи.

Подведем итоги.

«Кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее», ― говорит Господь. Царская семья приняла это загадочное и трагедийное поучение, как руководство к действию: «потерять душу» — жизнь ради Христа. Но покорность воле Божьей вовсе не подразумевает фатализма, не знает предопределения, бездействия, не требует пророчеств (хотя, разумеется, и не отвергает таковых). Самоотдача рождается в борении.

Ведь перед крестной жертвой молился «до кровавого пота» и сам Господь: Тогда «начал Он ужасаться и крушиться. Тогда говорит <…> прискорбна есть душа Моя до смерти. <…> И пройдя немного вперед, пал на лицо Свое, молился и говорил: Отче Мой, если возможно, да минует Меня чаша эта; впрочем, не как Я хочу, но как Ты. <…> И снова, во второй раз, Он пошел и молился такими словами: Отче Мой, если не может эта чаша миновать Меня, чтобы Мне не пить ее, да будет воля Твоя. <…> Он снова отошел и помолился в третий раз, и снова сказал тоже слово».

Сын выполнил волю Отца: выпил чашу. И Царская семья приняла волю Божию, сокрушаясь, прося пронести чашу мимо, но добровольно прейдя к трагической развязке, согласовав свою волю с волей Божией.

Поделитесь с друзьями: