Воспитание Царских детей (из главы “Здоровье Императрицы”)

125Вполне определенным образом Императрицу характеризует воспитание детей. Поэтому дополнительно скажем о нем еще несколько слов (мы касались этого вопроса на с. №№–№№). Няня Царских детей Александра Александровна Теглева при приеме на работу «была поражена простотой и даже строгостью воспитания девочек». Современный французский историк Даниэль Жирарден (в целом повторяя стереотипы советского восприятия Царской четы) все же особо отмечает: «Простодушие детей и строгость условий, в которых они жили, были удивительны». Простоту и невинность Великих княжон отмечали многие. Протоиерей Афанасий Беляев, исповедовавший их Великим постом 1917 года, в дневнике с некоторым удивлением записал: «Впечатление [от исповеди] получилось такое: Дай, Господи, чтобы и все дети нравственно были так высоки, как дети бывшего Царя. Такое незлобие, смирение, покорность родительской воле, преданность безусловная воле Божией, чистота в помышлениях и полное незнание земной грязи — страстной и греховной, меня привело в изумление, и я решительно недоумевал: нужно ли напоминать мне как духовнику о грехах, может быть им неведомых, и как расположить к раскаянию в неизвестных для них грехах». Также начальник охраны Царской семьи в Тобольске полковник Кобылинский отметил: «Все они [Великие княжны] были милые, простые, чистые, невинные девушки. Куда они были чище в своих помыслах очень многих из современных девиц-гимназисток даже младших классов».

В Царской семье одежда и обувь передавались от старших детей к младшим, спали сестры по двое в комнате на походных раскладных кроватях, обливались утром холодной водой, лично убирали свои комнаты, постоянно занимались рукоделием. Детей никогда не видели скучающими. Они оказывали искреннее и безусловное послушание отцу и матери.

Есть ли в таких плодах воспитания заслуга родителей, если учесть, что Государыня с младенчества занималась детьми лично? Очевидно, да. Может так воспитать детей «сумасбродная» мать? Очевидно, нет.

Дети были воспитаны идеально. Уже по одному этому обстоятельству о психопатии и неком нездоровом религиозном мистицизме Императрицы не может быть и речи, ведь «по плодам их, узнаете их».

Александра Федоровна была прекрасной матерью. И прекрасной женой. Знакомясь с перепиской четы Романовых, Вы не встретите не только ни признаков психической неуравновешенности Царицы, но и следа раздраженности супругов друг другом, притом, что мнения их часто расходились, как в житейских, так и в политических вопросах.

Однако Императрицу ее окружение в большинстве своем недолюбливало. В определенной степени — это стало почвой для появления, восприятия и распространения многочисленных слухов о ее психическом нездоровье; и «надо признать, что психологическое давление на императорскую чету было эффективным и принесло [определенным силам] политические дивиденды в феврале 1917 г.».

Почему Российский двор как-то сразу не принял скромную, религиозно настроенную и несколько отстраненную немецкую Принцессу, не любившую балы, увеселения, публичность?

Невестка Государыни Великая княгиня Ольга Александровна вспоминала: «Даже в тот первый год [ее пребывания при дворе], я это хорошо помню, стоило Алики улыбнуться — это называли насмешкой. Если же у нее был серьезный вид — говорили, что она сердита». То есть, происходило по слову Господа: «Кому уподоблю род сей? Он подобен детям, которые сидят на улице и, обращаясь к своим товарищам, говорят: “мы играли вам на свирели, и вы не плясали; мы пели вам печальные песни, и вы не рыдали”».

 Во время Первой Мировой войны, Государыня, не смотря на свой статус Царицы, решила оказывать личную непосредственную помощь страждущим, как учил Христос, «не взирая на лица». Она с детьми трудилась рядовой сестрой милосердия по велению сердца. (Подробнее об этом см. на с. №№–№№). Служба Царицы и Великих княжон не афишировалась, не носила пропагандистского характера, «освящаясь в печати крайне скупо».

Казалось бы, благородное дело помощи раненым воинам могло найти положительный отклик в окружении Императрицы. Однако и это вызвало непонимание. Аристократии «пришлось не по нраву то, что женская часть царской семьи позволила себе сойти со своего пьедестала, утратила окутывающий их покров таинственности и недосягаемости и, что еще хуже, что они соприкоснулись с нечистотой ран, увечьями и мужскими телами. Дамы приходили в ужас, узнав, что императрица даже стрижет ногти своим пациентам. Пренебрежительное отношение Александры к условностям светского этикета и церемониала, которое проявлялось в ее работе рядовой сестрой милосердия, было воспринято как “beau geste” — “дешевый способ снискать популярность”».

Полагаем, что если бы Императрица не появлялась в госпиталях, ее объявили бы безразличной к судьбам раненых, больных, страждущих… судьбе России. Впрочем, и так объявили.

Почему же это случилось?

«Мiръ» ее не принял.

Государыня стала «белой вороной», просто потому, что была, так сказать, практикующей верующей. Это раздражало многих. Конечно, Царица вращалась в православной среде, но многие ли из нас главным в жизни полагают духовное делание? Многие ли занимаются им? А Государыня достигла в этом определенных результатов еще до мученического венца.

Каждая из сторон действовала по-своему последовательно и логично: мир искал свое, а Царица (при всех своих недостатках, какие, разумеется, были, но мы не можем здесь подробно разбирать ее биографию), пыталась как-то изменить свою душу в сторону исполнения Божьих заповедей. Как могла, училась духовному деланию, принимая страдания лекарством от самомнения, может быть не всегда в нужной дозировке.

Ее духовные искания и завершились логично.

В известной монографии, посвященной православному аскетизму, исследователь Сергей Михайлович Зарин, делает вывод: «Христианство, по самому своему существу <…> явилось торжеством <…> правды именно чрез победу, одержанную над <…> “правдою мира” путем терпеливого и самоотверженного перенесения страданий. “Мир” по своей непримиримой противоположности духу Христову, по своему решительному боговраждебному настроению и крайне эгоистическому, себялюбивому направлению, может относиться к его носителям не иначе, как только с решительною ненавистью и крайней враждебностью. Следствием такого именно отношения всего “мирского” ко Христу, Его делу и Его истинным последователям неизбежно явилось и являются страдания Христа и Его верных последователей. “Если мир вас ненавидит, говорит Христос своим ученикам, знайте, что Меня прежде Вас возненавидел; если бы вы были от мира, то мир любил бы свое; а как вы не от мира…, потому ненавидит вас мир. <…> Если Меня гнали, будут гнать и Вас”. Стремление к усвоению правды Христовой <…> неизбежно вызывает со стороны мира преследования, поношения и гонения. <…> В патристической письменности мученичество — в широком смысле — истолковывается, как принципиально-необходимое, общеобязательное христианское требование, всеобщий и всеобъемлющий подвиг христианского религиозно-нравственного совершенствования. <…> Пределом подвига, совершенного по любви ко Христу, должна быть смерть».

С Государыней так и случилось.

С точки зрения православной мистики телесные немощи Царицы не помешали ей иметь здоровье духовное, и сделать свою жизнь примером здравого смысла.

К.Г. Капков

Поделитесь с друзьями: