Монашеское делание

Идти “по канату” монашеской жизни

Доклад игумена Петра (Мажетова)

Недавно у меня произошел интересный разговор с одним человеком, мирянином. У него есть семья, он много трудится, бизнесмен. Но проникся большой любовью к монашеству. И вот он мне говорит: «Батюшка, я в нагрудном кармане, у сердца, ношу фотографии своих родных – мамы, жены, детей… А у Вас, судя по тому, как Вы говорите про свой монастырь, наверное, в кармане фотографии Ваших братьев-монахов? У меня семья, и у Вас ведь семья – братия».

Я поначалу даже растерялся, поскольку фотографии своей братии в кармане не ношу. А потом подумал так: ведь действительно, он, мирской человек, носит у сердца изображения своих самых близких людей. И понял, что я тоже ношу образ своего любимого, самого родного Существа – Христа. Он у меня всегда на груди – это мой крест, параман; я, можно сказать, постоянно на руках Его держу – молясь по четкам.

Этот, казалось бы наивный, вопрос меня «урезонил». Мирянин живет своими близкими – постоянно думает о них, ради них терпит скорби (очень точно об этом сказал апостол Павел: семейный человек будет иметь скорби по плоти (см. 1 Кор. 7:28)) А монашествующий терпит скорби тоже ради родного Существа – Бога, Христа. Он, можно сказать, должен терпеть «скорбь по духу». В свое время мой духовник, поддерживая меня в самом начале монашеской жизни, говорил, что в миру и в монастыре одинаково тяжело, но в миру человек часто не знает, ради чего он терпит скорби и муки, а в монастыре – знает: не ради чего, а ради Кого – ради Христа. И чем больше ты терпишь – пусть наши скорби, конечно, не соизмеримы с теми, что были у древних отцов и исповедников, – но все равно: чем больше ты терпишь какие-то переживания, потрясения, трудности, посвящая всё это Христу, тем ближе тебе будет эта «фотография на груди» – образ Спасителя. Она горячит твое сердце, ты чувствуешь, что сближаешься с Ним…

Вот так, благодаря рассуждению благочестивого человека у меня возникла мысль о нашей обязанности всегда носить у самого сердца любимый образ Господа.

Можно продолжить это рассуждение. И мирянин, и монах имеют возможность испытывать чувство радости от созерцания красоты Божиего мира, вдохновляться видами восходов, закатов, звездного неба, восторгаться величественными произведениями искусства, или просто жизнью как таковою… Мирскому человеку, как правило, нужен при этом собеседник, тот, с кем он обязательно должен поделиться своей радостью. Это понятно, нормально – все мы нуждаемся в общении.

Но с кем должен делиться радостью жизни монах? Неизбежно напрашивается ответ, что главным его собеседником должен быть Христос. С Ним, со своим ближайшим самым дорогим Существом мы должны разделять все свои чувства, радости и переживания, все тревоги, печали, обиды.

Сказано: возлюби ближнего твоего как самого себя (Мф. 22:39). А кто ближний для монаха? Как говорят святые отцы, Бог ближе к нам, чем наше собственное дыхание. Бог в нашем сердце – только научись Его призывать. Получается, как ни посмотри, но всех ближе тебе Христос, Который постоянно нуждается в твоем общении.

И вот это мы часто забываем. Мне кажется, к монашеской жизни приложим образ канатоходца, который идет по канату с шестом, и этим шестом удерживается, чтобы не уклониться ни влево ни вправо. Монах идет над этим миром, с одной стороны, весь отдаваясь служению ближним, служению людям, Церкви, и у него, представим, слева – огромное пространство этой его деятельности, где он себя отдает не жалея. А с другой стороны – иное, величественное – от земли до неба – пространство общения с Богом. Мне кажется, первый в этом отношении – игумен, он первый идет по канату на высоте. А за ним идут все его чада.

Очень важно удержать этот шест. И идти, видя перед собою Христа, слыша Его зов. Напомню, что рассказывали об одном великом старце. Он как-то сказал своему ученику, что каждому человеку Бог что-то вещает в сердце, и юноша спросил наивно: «Батюшка, и Вам вещает?» – «Да, вещает». – «А что?» – «Гряди по Мне», – ответил старец и заплакал. Несмотря на то, что он был человеком святой жизни, великим подвижником, он чувствовал, что не успевает идти за Христом.

Мне кажется, что этот зов Господа становится особо слышен, когда человек в монастыре испытывает какую-то скорбь, но при этом не отчаивается, а пытается идти «по канату» дальше, прося помощи у Бога. Скорбь, трудности, искушения очищают наше сердце. И когда мы начинаем призывать Бога на помощь, мы явственней ощущаем, что Господь нам в ответ говорит: всё хорошо, только не отчаивайся, не бойся, иди за Мною… И тем больше при этом человек наполняется какой-то необъяснимой радостью…

Приведу еще один образ, он мне почему-то запал в сознание. На Афоне я увидел огромные солнечные батареи. И подумал: вот человек, монах – он как большая солнечная батарея, которая впитывает в себя Солнце правды – Христа. Впитывает все больше и больше, и потом уже сам себя питает этой энергией, которую он приобрел во время созерцания Бога в молитве…

Игумен Петр (Мажетов)

Выступление игумена Петра (Мажетова), настоятеля Свято-Косьминской мужской пустыни Серовской епархии Екатеринбургской митрополии на XXX Международных образовательных чтениях «К 350-летию со дня рождения Петра I: секулярный мир и религиозность», направление «Древние монашеские традиции в условиях современности (23–25 мая 2022 года)