Научно-исторический отдел

Промыслы женских монастырей России

С самого начала истории русских женских монастырей, они стали выполнять функции общественного служения. Так, в летописях, первый женский монастырь упоминается в 1089 году. Сын Ярослава Мудрого, Всеволод Ярославич, основал для своей дочери Анны Андреевский монастырь, при котором существовала первая известная в истории школа для девочек. Анна обучала их грамоте и ремёслам[1]. Одной из задач монастырского образования было дать детям знания, насущно необходимые для их дальнейшей самостоятельной жизни.

К 80-м – 90-м годам XIX века почти во всех женских монастырях открылись церковно-приходские школы, которые содержались на их собственные средства[2]. В этих школах обучали главным образом сирот и детей бедняков. В программу обучения, наряду с общеобразовательными предметами, входило рукоделие. При этом виды рукоделия разнились в зависимости от финансовых возможностей монастыря. Если монастырь был ограничен в средствах, девочек обучали простым навыкам шитья, вязанию чулок, ремонту одежды, а если была возможность – изящным, тонким рукоделиям, например, шитью шелками и золотом церковных облачений и утвари[3].

Различные виды промыслов и рукоделия сопровождали существование женских монастырей на всём протяжении их истории.

Различия в видах монастырских промыслов и рукоделия объяснялись общественным и имущественным положением насельниц и, следовательно, богатством обители. Так, в течение 400 лет Новодевичий монастырь славился своими вышивками. «В нём были устроены мастерские и вышивание являлось местным значительным производством»[4]. Это было одной из главных специализаций этого монастыря, которая требовала больших средств и умений. Для этого оказались подходящие условия, поскольку монахини были в основном знатных княжеских и даже царских родов. В XVII веке особенное развитие здесь получило шитьё жемчугом[5].

Подобно общественному служению, государственная власть со временем стала регламентировать и монастырские промыслы. В 1724 году, в «Объявлении, когда и коей ради вины начался чин монашеский», Пётр I предписал монахиням «питатца рукоделием вместо пашни, а имянно: пряжею на мануфактурные дворы»[6]. После этого появляются распоряжения об обучении монахинь новым видам ремёсел, например, выработки льняной пряжи высокого качества, для чего в монастыри направлялись специально обученные пряхи. Кроме обучения они должны были ознакомить с конструкцией своих прялок и помочь изготовить такие же на местах[7].

В московском Ивановском монастыре было несколько мастерских: златошвейная, живописная, шелкошвейная, ризная (изготовляла облачения и камилавки), мастерская, где шили белой и цветной гладью, портная (шили рясы и одежду для сестёр)[8].

В Покровском Хотькове монастыре занимались золотым шитьём, изготовляли детали церковных облачений и утвари, вышивали ризы. В иконописной мастерской не только писали иконы, но и обучали этому искусству молодых послушниц. Другие рукоделия – отделка икон фольгой и бисером, изготовление цветов и восковых фруктов, вышивка гладью.

Кроме изготовления традиционных облачений и церковной утвари, в монастырских мастерских изготовлялась военная форма и знамёна для армии, а также – форменные парадные платья придворных дам (например, в Новодевичьем и Ивановском монастырях). Для производства этих предметов, украшенных в том числе и трудоёмким по технике золотым и серебряным шитьём, требовались навыки и опыт монастырских мастериц[9].

Прославленные монастырские мастерские работали и для зарубежных заказчиков. Арзамасский Алексеевский монастырь Нижегородской епархии был знаменит высоким качеством золотошвейных работ, поэтому заказы он получал из Молдавии, Греции, Константинополя, Иерусалима и разных губерний Российской империи. Именно здесь была выполнена часть убранства для храма Христа Спасителя[10].

В Московском регионе кружевоплетением занимались монахини Новодевичьего и Покровского монастыря в Хотьково. По преданию, мастерская по производству кружев в Новодевичьем монастыре была основана в 1725 году и существовала вплоть до нашествия Наполеона. Здесь обучались плетению и работали 250 девочек-сирот под руководством 30 кружевниц, выписанных Петром I из Брабантских монастырей, славившихся кружевоплетением на весь мир. Изделия мастерской шли на нужды царского двора. Существование этой мастерской более чем вероятно, но изделия её неизвестны[11].

Монастыри изготовляли как церковную утварь, так и предметы декоративного убранства интерьеров и изделия декоративно-прикладного искусства, в том числе из бисера. Изготовление шитых бисером кошельков было одним из традиционных промыслов Покровского Хотькова монастыря. Изготовляли монастыри и ковры, как по заказу частных лиц, так и для церковных нужд. Вязание в Нижегородской области как промысел первоначально возникло в Никольском монастыре, однако скоро вышло за его пределы и стало достоянием всего женского населения Арзамаса и окрестностей[12].

В московском регионе регулярно проводились три знаменитые монастырские ярмарки. На них были представлены разнообразные изделия, выполненные руками сестёр.

Вербный торг проходил ежегодно у стен Кремля, продолжался два дня – в Лазареву Субботу и Вербное Воскресенье. Монахини Вознесенского монастыря изготовляли искусственные цветы, листья и дутые восковые фигурки ангелов, которыми украшали вербу. Рано утром украшенную вербу выставляли перед монастырскими воротами. Москвичи с детьми в течение дня покупали у монахинь веточки, с которыми шли вечером к праздничной всенощной.

Бабья шерстяная ярмарка у Ивановского монастыря состоялась впервые в 1654 году. Впоследствии проведение ярмарки в день монастырского праздника Усекновения Главы Иоанна Предтечи (29 августа по ст. ст.) стало традицией, сохранявшейся и во второй половине XIX века.

Покровская ярмарка в Хотьково начиналась 1 октября (по ст. ст.) в праздник Покрова Божией Матери и продолжалась в течение недели. Монастырские мастерицы продавали вышитые платки и пояса, шитые бисером кошельки, кружева и мячики из шёлковых лоскутков[13].

Женские монастыри принимали участие в трёх выставках конца XIX-начала XX века: Всемирной Колумбовой выставке в Чикаго (1893), Всемирной выставке в Париже (1900) и во Всероссийской выставке монастырских работ и церковной утвари (1904)[14]. На всех выставках произведения монастырских мастериц пользовались неизменным успехом и даже вызвали в Париже моду на русский стиль в одежде. К сожалению, это были единственные и последние крупные выставки периода Империи; во время Мировой войны и после революции проведение подобных выставок стало невозможным. До настоящего времени ничего подобного более не проводилось ни в России, ни за рубежом.

Многочисленные войны, в которых участвовала Россия, сделали незаменимыми навыки шитья и изготовления перевязочных материалов, которыми владели монахини всех монастырей, а также специальные медицинские навыки, которыми обладали некоторые представительницы русского монашества. Многие монастыри активно помогали государственным учреждениям в изготовлении перевязочных материалов и белья. Например, осенью 1914 года «Склад Ея Величества Государыни Императрицы Александры Феодоровны», не справляясь с изготовлением в полном объёме белья и тёплых вещей для нижних чинов действующей армии, попросил настоятельницу Вознесенского монастыря оказать помощь в шитье белья и тёплых вещей[15].

После революции некоторые женские общины, благодаря их навыкам шитья, сохранились сравнительно лучше мужских, поскольку «в первые месяцы Советской власти в Страстном, Никитском, Скорбященском монастырях монахини и послушницы организовали швейные мастерские, выполнявшие заказы для Красной Армии»[16]. К сожалению, такая ситуация продолжалась недолго, и скоро большинство обителей было закрыто.

Руководитель Научно-исторического отдела

Николо-Сольбинского женского монастыря К.Г. Капков

[1] Емченко Е.Б. Женские монастыри России. // Монашество и монастыри в России XI – XX века. М., 2002. С. 247

[2] Емченко Е.Б. Женские монастыри России. // Монашество и монастыри в России XI – XX века. М., 2002. С. 269

[3] Кузнецова Т.Ф. Указ. соч. С. 58

[4] Кропоткина Е.С. Историко-художественный и бытовой музей б. Новодевичий монастырь. М., 1928. С. 20

[5] Овсянникова Ю.М. Указ. соч. С.40

[6] Емченко Е.Б. Государственное законодательство и женские монастыри в XVIII – нач. XX в. // Церкови в истории России. М., 2003. С. 204

[7] Кузнецова Т.Ф. Указ. соч. С. 29

[8] Кузнецова Т.Ф. Указ. соч. С. 32

[9] Кузнецова Т.Ф. Указ. соч. С. 37

[10] Кузнецова Т.Ф. Указ. соч. С. 38

[11] Кузнецова Т.Ф. Указ. соч. С. 40

[12] Кузнецова Т.Ф. Указ. соч. С. 41-42

[13] Кузнецова Т.Ф. Указ. соч. С. 48-50

[14] Кузнецова Т.Ф. Указ. соч. С. 68

[15] Кузнецова Т.Ф. Указ. соч. С. 61-62

[16] Васильева О.Ю. Судьбы русских монастырей в XX веке. // Монашество и монастыри в России XI – XX века. М., 2002. С. 333

Поделитесь с друзьями: