Монашеское делание

Сущность монашества – Христос в сердце человека

045Слово митрополита Афанасия Лимассольского, произнесенное в Свято-Успенском Жировичском монастыре 1 октября 2015 года на встрече с игуменами и игумениями монастырей Белорусской Православной Церкви, которая состоялась в рамках регионального этапа XXIV Международных Рождественских образовательных чтений и была посвящена теме «Древние монашеские традиции в условиях современности».

Я благодарю Бога за то великое благословение, которого он меня удостоил – поклониться святыням этого монастыря, взять благословение у Высокопреосвященнейших Владык, пообщаться с братией монастыря, а сейчас вот встретиться с игуменами и игумениями белорусских монастырей.

Благодать Божия устроила все таким образом, что первые годы своей монашеской жизни я провел на Святой Горе Афон. Святая Гора Афон называется уделом Божией Матери. И вы знаете все, наверное, это предание Церкви, что Матерь Божия испросила это место  себе в удел. Святая Гора называется уделом Божией Матери, потому что на этой земле имеется очень много плодоносных деревьев и прекрасных цветов.  Этот удел – Святая Гора Афон – имеет очень много благодати от Бога. Она очень похожа на большой университет, который Промыслом Божиим  являет духовную поддержку всей Православной Церкви. В этом уделе есть очень много цветов, очень много людей, которые любят Бога. Эти люди не являются греками, не являются русскими, или сербами, или румынами, или грузинами, у них нет национальностей, они просто православные монахи-святогорцы. На Святой Горе мы живем столько лет все вместе, объединенные любовью Божией! Мы ходим в монастыри, где не знают греческого языка, в наши монастыри приезжают монахи, которые не говорят по-гречески, и мы никогда не чувствуем, что мы иностранцы, потому что нас объединяет святая наша Церковь.  Церковь мы считаем нашим домом. Это я говорю как предисловие и как продолжение того общения, которое я имел перед этим с братией Жировичского монастыря. Здесь мы собрались с  игуменами и игумениями монастырей, которые имеют ответственность за руководство душ людей, т.е. это те люди, которые возглавляют монастыри, которые призваны к тому, чтобы хранить и соблюдать традиции монашеской жизни.

О каких традициях мы говорим? Когда мы говорим о традициях, что мы подразумеваем? Кто-то может сказать, что, когда мы говорим о традициях, мы подразумеваем что-то внешнее, однако все внешнее не приносит человеку большой пользы. Например, то, что моя скуфейка русская или греческая, не имеет никакого значения для спасения моей души. Подлинная традиция – это то, что говорит нам Евангелие, то, что говорит нам святой апостол Павел. Он говорит: «Братия, я передаю вам то, что принял». Что принял апостол Павел? Что Господь Иисус Христос стал Человеком, распялся, воскрес для спасения мира. Это традиция Церкви. Это переживает каждый раз Церковь, когда совершается Божественная литургия. Русская Православная Церковь, как и Православные Церкви других стран, хранящих православную веру, пережили очень трудные годы атеизма.

Служение Божественной литургии хранило традиции Церкви. Церковь не утратила свою традицию, потому что совершалась Божественная литургия. То, что касается практической жизни, каждая местность имеет свои особенности. Например, одни особенности в Иерусалиме, другие – в Антиохии, третьи – в Греции, Румынии и других православных странах. Когда мы встречаемся все вместе, говоря о традициях, мы не имеем в виду что-то внешнее, мы говорим именно о сущности монашеской жизни.

В чем заключается сущность монашества? Христос – в сердце человека, то есть это союз нашего сердца с Женихом Христом. Вот это искусство нам передали святые Отцы. Православное монашество включает в себя разные виды подвижничества: столпники, пещерники, блаженные, юродивые, те, которые ходят по дорогам и просят милостыню, монахи, которые живут в общежительных монастырях, монахи, которые живут в скитах, монахи, которые живут по одному в пустынях, затворники. Но все эти виды подвижничества преследуют одну цель: стяжать Христа, иметь в сердце Христа. В этом заключается служение игумена: заботиться о том, как из человека сделать настоящего монаха. Как взять его из мира, исцелить его от  мирского духа, мирских привычек, навыков, возродить его духовно, чтобы он стал действительно человеком, который будет храмом Святого Духа. И чтобы он стал способен соединить свое сердце со Христом. <…>

Впечатляет то, что наша святая Церковь включает в себя святых, которые были блаженными и юродивыми. Это говорит о том, что Церковь способна рассмотреть внешне как бы в сумасшедшем человеке ту святость, которой он достиг. То есть Церковь смотрит вглубь, а не на внешнее. Она смотрит туда, где присутствует Святой Дух. Святой  одной Поместной Церкви является святым всей Православной Церкви. Один святой грек является святым всей Православной Церкви, всех православных христиан. И  мы молимся всем святым. Мы особо не интересуемся, откуда этот человек, на каком языке он разговаривал, какую скуфейку он носил. Нас интересует только то, что этот человек – храм Божий, он – святой нашей Церкви.  Вести человека к святости, трудиться над спасением тех людей, которых Господь им доверил, – дело игуменов, игумений, духовников, епископов. Это очень трудное дело. Знаю, что многие монастыри переживают большие искушения. Но мы должны верить, что это дело не наших рук, это дело Христа. И тогда Господь придет и все сделает.

Когда я был простым монахом, я испытал на себе, как монаха борет дьявол. Потом через какое-то время я стал игуменом монастыря. В монастыре было много братий. И я на себе испытал, как дьявол борет игумена. Потом я стал  епископом. И я испытал на себе, как дьявол борет епископа.  Хочу, чтобы вы знали, что нас, епископов, дьявол борет больше, чем вас всех. Что бы мы ни шли делать, он всегда впереди нас. И все старается перевернуть с ног на голову. Но Господь над всем и всеми. И Он все управляет и упраздняет эти дела дьявола. Так же и в монастыре. Иногда нам кажется, что монастырь стоит на бомбе, которая сейчас взорвется, и все разлетится; кажется, что с минуты на минуту все взлетит в воздух. Что требуется? Смирение. Молитва. И нужно говорить: «Пусть будет так, как хочет Господь». И как говорил наш старец, «не бойтесь, не случится ничего больше того и меньше того, что хочет Господь. Пусть будет благословенно имя Господа». И так монастырь и епархия будут продвигаться вперед со Христом. Но не устоит тот монастырь, в котором игумен и монахи считают, что монастырь – это дело их рук. Не устоит та епархия, та митрополия, где епископ верит в то, что  все, что делается, делается именно им, потому что он такой умный, сообразительный и сильный. Господь к гордому человеку относится по-другому. Смиренного же Он благословляет и помогает ему. И я желаю, дорогие мои отцы игумены и матушки игумении, чтобы мы с вами смиренно и с доверием любви Божией, видя перед собой цель, служили Богу в этом великом деле спасения душ. Это то, что я хотел вам сказать. Простите меня, что я выступил в роли учителя. Если хотите что-то спросить, спрашивайте, я с радостью вам отвечу.

– Какие подвиги могут понести современные монахи?

– Наверное, мы, современные монахи, не можем упражняться в тех суровых аскетических подвигах, в которых упражнялись Отцы. Мы не можем спать так мало, как спали они. Мы вынуждены спать намного больше. Также больше вкушать пищи, чем они вкушали. Работать, наверное, меньше, чем они работали. Одеваться теплее, чем они одевались, и иметь отапливаемые помещения.  Мы должны иметь рассуждение. Но мы не должны делать никаких отступлений там, где речь идет о страстях, то есть мы должны упражняться в послушании и в смирении. Смиряться – это не копать землю или  тяжело физически трудиться. Любить брата, любить моего ближнего, не противоречить, не следовать своей воле, не конфликтовать с ближними – это не тяжелый физический труд. Но это очень важные вещи,  и в этом мы не должны давать себе послабления. Хочешь кушать – покушай. Очень сильно хочешь спать – поспи. Если тебе холодно – можешь  теплее одеться. Но ты не должен распускать свой язык, ругаться с другим. Ты должен исполнять то, что говорит устав монастыря, ты не должен иметь общения с миром, ты должен молиться и относиться внимательно к своей жизни. Для этого не нужны большие телесные силы. То есть именно в каких-то телесных подвигах мы с рассуждением можем дать послабление, но не в духовных вещах. То есть если отвечать на вопрос, это как раз тот подвиг, который по силам современному монаху.

– Что самое главное в молитве?

– Самая главная вещь в молитве и, главным образом, в духовной жизни, и то, что привлекает благодать Бога, это высшее смирение. То, что говорил святой Силуан: «Все спасутся, только я пойду в ад, и там я буду один». Это то, о чем говорил Христос: «Держи свой ум в аду и не отчаивайся». Только таким образом может молиться человек. И после такой молитвы в душе святого Силуана благодатию Божией явилась сильная молитва.

– Современная молодежь сейчас отличается даже от людей, которые приходили 10, 20 лет назад. Как выражается Святейший Патриарх Кирилл, у них переформатировано сознание. И на что необходимо обратить особое внимание при приеме в монастырь таких молодых людей?

– Конечно же, люди, которые приходят в монашество сегодня, приходят из современного мира, из современного общества. Они, дети этого общества, приносят с собой все проблемы, но также и все преимущества, которые имеет современный мир. То, к чему мы должны относиться с большим вниманием и в чем не должно быть никаких компромиссов, – человек, приходящий в монастырь, должен быть психически здоров. Если есть психические проблемы, не надо его делать монахом, потому что в монастыре это все только усугубится. Когда человек имеет психические проблемы, то монашеская жизнь только все усугубляет, она не помогает стать лучше. Лучше пусть он живет в миру как верующий христианин. Если у него нет никаких психических проблем, тогда можно принять его в монастырь с любовью. Мы должны помочь ему найти смысл духовной жизни, объяснить, в чем заключается смысл духовной жизни.

Материал с сайта Синодального отдела по монастырям и монашеству