Поучение в неделю 6 по Пятидесятнице

Се нецыи от книжник реша в себе: «Сей хулит». (Мф.9:3)

С какою ревностью и с какой горячестью упоминаемые в ныне чтенном Евангелии книжники против Иисуса Христа восстают. Они как услышали, что Христос отпущает расслабленному грехи, воскипели их сердца и наполнились хульными помышлениями. Когда воздействовала в них страсть, страсть, которая, есть ли примешается к какому-либо и похвальному чрез себя делу, опорочивает его, исчезли из мысли их святость учения и жития Христова и чудеса, являющие Его Божественную силу.

Но как много встречается и с нами таких обстоятельств, которые возжигают в нас ревность по вере, то, дабы в сем мы могли поступить благоразумно, и, ревнуя по истине, истины иногда не опровергали, не бесполезно взойти в дальнейшее рассуждение о ревности, каковой от нас закон христианский требует.

Ревность есть горячее духа нашего стремление к защищению славы Божьей относительно до закона. Мы в сем разуме берём сие слово, ибо многие могут быть его означения.

Взяв ревность в таковом разуме, не видно, чтоб в ней что-нибудь было непохвальное. Ибо гореть духом, чтоб слава Божья во всех концах вселенной была проповедуема, чтоб истина веры ложью и дерзостью не была досаждаема, чтоб все люди святым к Богу и почтению Его руководством были просвещены, в рассуждении сего гореть духом, то есть изыскивать к тому справедливые и человеколюбивые способы, есть дело всякой похвалы достойное. Ибо сим доказывается любовь к Богу, к ближнему, любовь к истине, которую мы не скрываем под спудом, но поставляем на свещнике да светит всем и да руководствует всех. И для того святой Павел учит: «Добро еже ревновати всегда, – однако при том прибавляет, – в добром».

Но сие есть несчастье человеческого рода, что часто и в самые святые действия вкрадывается злоупотребление и добродетель в порок обращает. Сие бывает, когда человек выходит из своих пределов и, не управляя себя разумом, страсти следует. Ревность по Бозе чем больше в себе имеет жару и горячего стремления, тем больше требует осторожности и умеренности, чтоб сей священный огонь не обратился в пожар, всё истребляющий без разбора. А сие необходимо воспоследует, есть ли вместо защищения славы Божьей, будет действовать страсть мщения, вместо усердия к пользе истины, вмещается корысть собственная, есть ли вместо любви к ближнему, будет всем располагать страсть самолюбия.

Какие же из таковой ложной ревности могут произойти следствия, ежели не худые и вредные? Отсюда, во-первых, последует гонение, чтоб заблуждающего вместо того, чтоб исправить и привести на путь истинный, истребить от земли живых. Вместо учения, увещания, доказательств, вместо всех нравоучительных и благоразумных способов, будет свирепствовать один дух нетерпимости, как то многие века печальными переменами, то нам больше, нежель надобно, доказали. В подробность таковые свирепости описывать оставляю, чтоб тем скрыть стыд человеческого поползновения, а только при сем приметить должны, что человек, таким образом гонимый, не только об истине не уверяется ни мало, но ещё в мнении своём ожесточается более. Ибо он, не видя иных доказательств, кроме насильственных, по справедливости заключить может, что у гонящей стороны других нет сильнейших доказательств. А из того и самая истина не малый претерпевает ущерб величества своего. Ибо она представится, аки бы не имела никакой собственной своей ко уверению силы, и будто, как ложь, требует она в своей слабости стороннего насильственного подкрепления. Так можно ли утвердить, чтоб таковая ревность была угодна Богу, Богу всех вещей порядка хранителю и истины защитнику всемогущему? И таковой род людей не тщетно ли себя уверяет, аки бы их ревности огонь достоин был алтаря Божественного? Как-то о них Спаситель наш апостолам своим сказал: «Всяк, иже убиет вы, возмнится службу приносити Богу».

Никто столько тяжести ревности гонительной не почувствовал на себе, как благословенное христианство. Основатель веры нашей, по слепому стремлению народа и по корыстолюбивой ревности фарисеев, первый имел нужду испить чашу смертную. То же предрёк Он и проповедникам истины Своей, которые и понесли самым делом тяжкий крест сей, и кровь христианская пролилась источниками.

В первенствующие христианства времена все почти храмы основаны были на гробах мучеников, да и ныне Церковь Христова большую часть святых празднует тех, кои мучительным лишением жизни доказали, что истина в их сердце напечатана неистребимо и непобедимо. Но что же гонители чрез всё то получили? Славу христианскую больше умножили, и, напоследок, сами принуждены были уступить победу и торжество истине.

Но, ах! Пусть бы так было, что язычество, покланявшееся воинским Марсам и громопоражающим Юпитерам, такой ревностью себя опорочило, но и между исповедающими имя кротчайшего Учителя, «в смирении которого суд Его взятся», были подобные замахи. Оный жар ревности, который должен воспалять сердце христианина, и у христиан часто был жар не спасительный. Слепота, не знающая положить пределов истинной ревности, страсть мщения и корысти часто производили следствия погибельные, не христианства, но язычества достойные. Тёмный запад много нам таких примеров показал.

Признаться надобно, что таковые ревнители великий делают стыд Евангелию, учению кротости и человеколюбия наполненному, Евангелию, учащему любить врагов своих и огнь с небеси свести хотевших удерживающему, Евангелию, ублажающему кротких и похваляющему ревность, но по разуму. Когда б всё сие они вообразили, устыдились бы и ужаснулись, сколь далеко отстоят от следов того Учителя, которого славу защищать себе кажутся.

Да не подумает кто из сего, аки бы мы ревность по Бозе совсем уничтожали или каким-нибудь образом ослабить её старались. Никак. Сие бы было истребить благороднейшее Духа Божия действие. Но, напротив, гласом самой истины утвердить можно, что великого б развращения знак был, есть ли бы кто совсем погасил в себе дух ревности справедливой, что можно назвать недугом несоболезнования или нечувствительности. Сие происходить может от незнания веры своей или от нетвёрдого о истине её уверения, как то обыкновенно бывает в тех, которые иное исповедают, а другое в сердце признают. Так как же бы в таком мог возгореть какой-либо жар Божественный?

Следствия таковой холодности не меньше вредны, как и ревности безрассудной, понеже из того может родиться безобразная смесь различных мнений и превращение правил нравоучения. Ибо, есть ли всех до нравов надлежащих действий, основание есть справедливое мыслей расположение, следовательно, нельзя худо думать, а делать хорошо, то различные и между собой несогласные мнения не будут ли слабым и опасным правилом человеческих поступков, особливо в обществе? В обществе, говорю, которое наипаче согласием спасительные и от людей больше всего почитаемые истины закона связуется. И потому нельзя не видеть с горестью и не слышать с печалью о таковых случаях, в коих трогаются небоязненно самые святые вещи, и тот почитается разумнейшим, кто дерзновеннее терзает залог, освящённый обществом. Добродетельные души сим пронзаются до внутренности и воспаляемы ревностью Господа Саваофа сердечно сожалеют, что здравое тело терпит столь болезненные удары, и терзается утроба матерняя.

О блажен тот, кто обоих сих крайностей убегает! Кто средней и царской идёт дорогой, отвращён от злой и безрассудной ревности, но управляем священным огнём равности мудрой и человеколюбивой!

В такой ревности должна быть преданность к вере нежная, но без суеверия, усердие к истине бескорыстное, любовь к ближнему чистая и нелицемерная, и, чтоб не подать другим немощным соблазна, осторожность благоразумная. Таковой ревнитель есть верный Церкви сын, общества член мудрый и благороднейший, всех любящий и от всех любимый.

Святое писание в примере истинной ревности, между многими, представляет нам апостола Павла, который к Коринфянам пишет такими словами: «Ревную по вас Божьей ревностью», ибо я обручил вас единому мужу, чтоб вы предстали Христу, яко два чистая. И для того крайне беспокоюсь и боюсь, чтоб в вас простота истины Евангельской, мудрованиями мирскими прехищрена не была. Сия ревность апостольская была усердная и притом бескорыстная, ибо он же в другом месте изъясняется: «Не ищу ваших, но вас», я с приятностью всякой убыток претерплю, хотя б то стоило и потерянию жизни моей, ради пользы душ ваших.

Таковой ревностью всякий христианин украшать себя должен, а особливо служители Церкви сим огнём, от жертвенника Господня возжённым, устне свои и сердце воспалять обязуются, убегая безрассудного стремления противного человеколюбию и кротости христианской. Да помышляют день и ночь о справедливых средствах к утверждению добродетели и к расширению царства Иисус Христова, да бдят о стаде своём, да некий волк восхитит и разгонит овцы, чтоб могли из глубины чистой совести сказать: «Ревную по вас ревностью», да ревностью не человеческой, но ревностью Божьей. Аминь.

Поделитесь с друзьями: