Иван Максимович Затрапезнов

2018-12-11-02-41-53Нашу новую рубрику, посвящённую храмоздателям Земли Ярославской, мы начинаем с рассказа о купцах Затрапезновых, созданной ими на родной земле Большой полотняной мануфактуре и построенном ими же при ней Петропавловском храме.

Первую статью этой рубрики посвятим временам весьма от нас отдаленным, а именно – первой половине 18-го столетия, петровский эпохе. Тогда, конечно же, существует в русском языке слово “купец” и, конечно же, есть люди, занимающиеся крупной торговлей разными товарами. Но нет ни понятия “сословие”, ни разделения купечества на гильдии, в зависимости от величины капитала и масштабов торгово-промышленной деятельности. Нет и того размаха купеческой благотворительности, которой столь славен был пореформенный период, то есть рубеж 19-го-20-го столетий. Но будущее сословие благотворителей, меценатов и ктиторов уже набирает силу, заявляя о себе в масштабах целой страны и созидая на века.

Род Затрапезновых, или Затрапезных (как именуют их изначально), известен ещё с 17-го столетия, когда торговал на Ярославщине дед нашего героя, Семён Затрапезный, владевший в городе несколькими лавками и каменными домами. Товар он предлагал ярославцам и заезжим гостям самый разный: и москательный (аналог современной бытовой химии), и крашенинный (изделия из крашеного полотна). Дело отца традиционно продолжает сын – Максим Семёнович. Но самым известным представителем этой купеческой династии, а также храмоздателем становится внук Семена и сын Максима -Затрапезнов Иван Максимович.

Он родился на излете семнадцатого столетия, в 1695-м году. Его отрочество приходится на не самый благоприятный период в экономической истории родного Ярославля. Строится Санкт-Петербург, и Архангельский морской порт утрачивает свое прежнее значение, а с ним перестаёт быть важным торговым узлом и сам Ярославль. Но именно на этот древний русский город, знаменитый своими мастерами и ремеслами, успешно торговавший льном, кожами, салом и рыбой, обращает свой монарший взор строитель града Петрова. Он несколько раз в начале своего правления посещает Ярославль. Согласно семейному преданию Затрапезновых, Пётр самолично отбирает среди смышленых купеческих отпрысков учеников в Голландию. Учиться предстоит полотняному делу. Юный Иван Максимович проводит на чужбине целых семь лет. И подобно изобретателю русского фарфора Дмитрию Ивановичу Виноградову, также обучавшемуся своему ремеслу в Голландии, по возвращении на родину активно применяет на практике приобретенные знания.

Пётр велит открыть полотняную мануфактуру в Ярославле, известную впоследствии как Большая Ярославская. Поначалу там изготовляют по преимуществу парусное полотно для военных судов, но потом производство расширяется. Причём основание мануфактуры сопряжено со множеством трудностей, которые Иван Максимович успешно преодолевает. Это и осушение огромного болота на участке, выделенном властями под строительство мануфактуры, и создание системы прудов, и возведение множества построек, а также набор и обучение рабочих. Мы не напрасно перечисляем все это. Минует чуть больше одного столетия,  и Российская империя покроется целой сетью прифабричных городков, в которых будет представлен полный жизненный цикл: больница с родовспомогательным приютом, колыбельная (как тогда назывались ясли), детский садик, начальная школа с ремесленным компонентом (где детей рабочих обучали уже нужной специальности), а также общежитие, клуб, магазин и даже богадельня для немощных и престарелых  рабочих, отдавших годы этому производству и получивших возможность  безбедно пребывать  на покое. И все это – на деньги купечества, владевшего данными производствами.

А ещё почти при каждом рабочем городке строили храм. Был он и при Ярославской Большой мануфактуре, и мы вскоре поговорим об этом, но до того – несколько слов о том, что ещё производилось у Затрапезновых и что означает выражение “затрапеза”? А производили на двухстах станах почти 6000 мастеровых полотна простые и тонкие, материи шерстяные и шелковистые, скатерти, салфетки, а также знаменитую затрапезу – простую грубоватую ткань, пеструю, чаще всего в синюю полоску на сером фоне, широко используемую для изготовления домашнего платья. С тех пор и пошло выражение – быть в затрапезном, то есть непарадном, сугубо домашнем виде.

Кстати, мастера всех уровней были у Затрапезновых только российскими, а оснащение фабрики и товары самого высокого качества. Но тяжёлый труд, без покоя и отдыха не преминул сказаться. Иван Максимович скончался в возрасте 46 лет, не дожив до окончания строительства своего главного детища – Петропавловского храма при Большой Ярославской мануфактуре.

В 1736-м году, в память своего глубокочтимого покровителя – покойного императора Петра, Иван Затрапезнов закладывает фундамент Петропавловского храма, построенного вскоре по образу Петропавловского собора Санкт-Петербурга. В 1742-м году, через год после кончины храмоздателя, был освящен нижний, тёплый придел во имя Семена Богоприимца и Анны Пророчицы, а спустя ещё два года – верхний, холодный, во имя святых первоверховных апостолов Петра и Павла. Доподлинно неизвестно, но вполне может быть, что и колокола для этого храма (пусть и не первые) были отлиты на заводе Дмитрия Максимовича Затрапезнова, младшего брата героя нашего повествования, открывшего в 1750-м в родном Ярославле колокольный завод.

Кобленц-Никифорова Анна Александровна, искусствовед,

постоянный лектор Николо-Сольбинского женского монастыря,

лектор Музея предпринимателей, благотворителей и меценатов в Москве,

экскурсовод паломнической службы общины Преображения Господня в Старом Беляево (Москва)

Поделитесь с друзьями:
Дата публикации: 15.12.2018 (последнее изменение: 15.12.2018)
Рубрики: Публикации