Николаевская Солбинская женская пустынь (статья 1908 года)

DSC_0041Статья из Владимирских Епархиальных ведомостей 13-го декабря 1908 года

В данной статье, как и было обещано ранее, речь пойдёт о нашем монастыре. Слава Богу, он и сам был возвращен людям, и сохранились воспоминания о той обители, которая существовала со стародавних времен. Ровно сто десять лет назад во Владимирских Епархиальных ведомостях была напечатана статья о “Солбинской” обители, подписанная одной латинской буквой N. Сегодня мы приведем её полностью. Это не просто документальное свидетельство очевидца: очарование ушедшей эпохи, красота Божьего мира во всей его полноте и та благодать, что даровал Господь перед наступлением эпохи лихолетья, – все это пронзительно ощущаешь при прочтении небольшой заметки человека, посетившего обитель в сентябре и написавшего о нем в декабре далекого 1908-го года.

Кроме того, в Переславском музее хранятся два старинных синодика, принадлежавших когда-то Николо-Сольбинскому монастырю. Синодики были необходимы для поминания братии и покровителей пустыни. В те времена они являлись обязательными и в монастырском, и в церковном обиходе. У братии был выбор, какой именно заказать для монастыря синодик. Они предпочли рукописную копию знаменитого и прекрасно исполненного синодика Леонтия Кузьмича Бунина. Этот искуснейший гравер, живший на рубеже 17-го-18-го столетий, жертвовал на Никольский монастырь Переславля Залесского. Он и ещё несколько замечательных граверов издали около 1700-го года один из самых знаменитых русских синодиков, выдержавший впоследствии не одно переиздание. Этот синодик включал в себя стихи Симеона Полоцкого и Кариона Истомина и рассылался в крупнейшие монастыри по кончине патриарха Андриана, “в помин по патриарху”. Две копии именно этого синодика, датированные 18-м столетием, и использовались в Николо-Сольбинском монастыре.

Другим свидетельством эпохи является сохранившаяся старая фотография, с которой сквозь время и грядущие страдания смотрят на нас сольбинские сестры начала прошлого столетия.

Но вернёмся к статье, которую обещали привести здесь полностью.

“Николаевская Солбинская женская пустынь находится в северо-западном углу Переславскогоуезда близ границы с Ярославскою и Тверскою губерниями. Пустынь расположена на берегу речки Сольбы среди лесов, которые по местам и до настоящего времени сохраняют характер дремучих. Время основания этой пустыни с точностью не известно, но восходит к глубокой древности – к началу 16-го или даже к концу 15-го столетия. В писцовых книгах 7052 (1544 г.) мы находим следующие сведения о ней: “Николаевский пустынный монастырь на реке Сольбе, что словет в Былцыне, церковь Николая Чудотворца да придел мученицы Варвары; в монастыре строитель, шесть монахов, четыре работника; монастырской пашни худыя земли 50 четвертей в поле, лесу большого 20 десятин, сена по реке Сольбе да речке Гусевке 90 копен, да к той же пустыни пустошь Былцыно на суходоле, пустошь Исаково на Чёрной речке, пустошь Гридино или Гришино да пустошь Бабанино, а в  них пашни паханыя, перелогу и лесом поросло  сошного оклада четверть сохи без полувыти, сена 50 копен; да к той же пустоши – отхожия пустоши – пустошь Пашинский вал, пашни поросло лесом по 6 четвертей в поле, красного бору десятина, сена 10 копен, да пустоши Орешково большое и малое, в них пашни по 10 четвертей в поле, лесу 6 десятин, сена 10 копен, да пустошь Маркино или Марково , пашни паханыя по 20 четвертей в поле, отхожей пашни 40 копен “…

Вот первые документальные сведения о Солбинской пустыни. Из этой отметки в писцовых книгах мы видим, что пустынь существовала уже в первой половине 16-го века, хотя и при незначительном числе монашествующих, но существование её и братии было прочно обеспечено довольно значительными земельными владениями.

Обеспеченная в удовлетворении своих существенных потребностей, Солбинская пустынь спокойно существовала до начала 17-го столетия, до смутного времени. В это же тяжкое для нашего Отечества время затерянная среди лесов пустынная обитель не избегла горькой участи, постигшей тогда многие русские иноческие обители: она была разорена польско-литовскими шайками. Разорение это, нужно думать, было полное: от зданий монастырских не осталось камня на камне, а монашествующие и монастырские слуги и работники были или перебиты, или разбежались. Оставалась теперь только одна “пустовая” церковная земля, монастырь же в течение почти целого столетия не возобновлялся. Земля эта по законам того времени отдавалась на оброк разным лицам. В 1710-м году она была отдана на оброк по прошению архимандрита Варлаама Переславскому Борисоглебскому, что на песках, монастырю. В следующем году на этой пустовой земле, по ходатайству архимандрита Переславского Троицкого Данилова монастыря Варлаама с разрешения Государя Императора Петра Первого, восстановлен был прежний мужской монастырь и устроена деревянная церковь во имя святого Николая Чудотворца. В 1731-м году тем же архимандритом Варлаамом была построена на новом месте каменная церковь в честь Успения Пресвятой Богородицы с тёплыми приделами: в честь святого Николая Чудотворца и Покрова Пресвятой Богородицы. В возобновленном монастыре постепенно собиралась и монашествующая братия: около 1740-го года здесь были один иеромонах и 27 простых монахов. Но монастырь не был самостоятельным: с 1710-го года он был приписан к Переславскому Борисоглебскому монастырю.

 Это подчинение для возобновленной обители было во многих отношениях неудобно. Борисоглебский монастырь находился в сорока верстах от Солбинской пустыни и его настоятели по дальности расстояния не могли надлежащим образом наблюдать за братией приписной пустыни и её хозяйством. Поэтому иноки Солбинской пустыни в 1742-м году обратились в Святейший Синод с просьбой освободить Солбинскую пустынь от подчинения Борисоглебскому монастырю, разрешить ей управляться самостоятельно, мотивируя свою просьбу тем, что “они и без Борисоглебского монастыря особо получаемыми доходами содержать себя без нужды могут”. Святейший Синод нашёл возможным удовлетворить просьбу братии Солбинской пустыни и постановил: “тому Николаевскому пустынному монастырю быть особо определяется и довольствоваться им своими трудами, а из казны ничего не требовать, и быть в том монастыре строительству и ко определению его братии выбрав состояния доброго и к тому способного представить Святейшему Синоду немедленно”.

Таким образом Солбинская пустынь к половине 18-го столетия вновь стала самостоятельным монастырем. Содержание монастыря обеспечивалось не только случайными приношениями богомольцев, но главным образом земельными владениями – пашнями, лугами и лесами. Так как эти земельные владения были пустоши, а не населённые вотчины, то Солбинский монастырь не был лишен их и в 1764-м году при отобрании монастырских вотчин, поэтому материальное обеспечение его не изменилось и после этого времени. Напротив, после отобрания у монастырей вотчин, Солбинская пустынь осталась одной из наиболее обеспеченных обителей Владимирской епархии. Её земельные владения, по преимуществу лесные, при умелом пользовании ими, с течением времени приобретали все большую и большую ценность. При таких обстоятельствах пустынь имела полную возможность быть благоустроенной и с внешней, и с внутренней стороны. Но, к сожалению, настоятели и братия монастыря не сумели поддержать этого благоустройства. Нравственное состояние братии этой уединенной, как бы затерянной среди лесов обители, не всегда было на надлежащей высоте. Хозяйство монастырское, для ведения коего у монастыря были все средства, шло небрежно. Благоустройство монастыря падало. Принимавшиеся против всего этого епархиальным начальством меры не достигали своей цели. Посему в 1903-м году принята была наконец самая радикальная мера: указом Святейшего Синода от 18-го декабря 1903-го года Солбинская пустынь из мужской была переименована в женскую. Эта радиальная мера в скором времени дала самые благоприятные результаты. Не прошло ещё и пяти лет со времени обращения Солбинской пустыни в женскую, но благоустройство её теперь бросается в глаза при самом поверхностном наблюдении.

Нам недавно пришлось убедиться в этом при посещении пустыни.
По обращении пустыни в женскую, в неё отправили семь сестер из Переславского Никольского монастыря с монахиней Макарией (ныне игуменией Солбинской пустыни) во главе. Тяжёлое и грустное впечатление произвела пустынь на новых её хозяек: все в ней оказалось крайне запущенным – храм, братские кельи, хозяйственные постройки и прочее. Но упорная энергия и преданность делу скоро исправили следы этого запущения, обитель обновилась, благоустроилась, изменилась до неузнаваемости.

Храм в пустыни отремонтирован снаружи и внутри; своею внутреннею отделкой и поразительной чистотой он производит самое приятное впечатление. В этом храме помещается и главная святыня обители – местночтимая икона святителя Николая. Святитель Николай считается небесным покровителем обители, оберегающим её от всяких невзгод. Икона его глубоко чтится местным населением: весьма значительное число богомольцев ради неё стекается в обитель, она износится и в окрестные селения.

Одновременно с храмом были обновлены и другие монастырские здания: почти все прежние здания перестроены и многие устроены вновь, например, дома для причта, гостиница и многое другое.

В настоящее время в Солбинской пустыни 78 сестер, по преимуществу из крестьянского сословия. При поступлении каждая вносит в монастырскую кассу 20 рублей и получает от монастыря квартиру, стол и необходимую одежду. Все монастырское хозяйство ведётся почти исключительно руками самих сестер.

При монастыре обширный огород, который даёт овощи для монастырской трапезы. По реке Сольбе и по лесным полянам – хорошие и обильные покосы, которые убираются сестрами. Под пашню обрабатывается пока 28 десятин, но меры уже приняты к тому, чтобы расширить запашку. Пашут крестьяне – арендаторы монастырских пустошей, все же остальные полевые работы исполняются самими сестрами. Исполняются дружно, быстро и тщательно. Нам пришлось там быть в конце первой половины сентября. В это время на крестьянских полях стоял ещё неубранным овес и едва начинали зеленеть озимые поля. В Солбинской же пустыни овес был уже не только убран, но и обмолочен, а озимые поля покрыты были густой изумрудной зеленью.

Окружающие монастырь леса дают для монастырской трапезы обильный запас ягод и грибов. Собственные же монастырские лесные владения при рациональном пользовании ими являются неиссякаемым источником, навсегда обеспечивающим средства для существования обители. При монастыре имеется довольно обширный скотный двор, дающий достаточный запас молочных продуктов для трапезы сестер. Все работы на этом дворе исполняются также самими сестрами.

Таким образом, Солбинская пустынь по преобразовании в женскую обратилась в правильно организованную трудовую общину, руководимую искусной рукой её настоятельницы. Сестрам обители приходится вести, особенно летом, нелегкую трудовую жизнь. Но за этим трудом не забывают и не оставляют в небрежении и другой стороны монастырской жизни – молитвы, службы Божией.

В труде и молитве день за днем течёт жизнь в этой уединенной иноческой обители. Присматриваясь к этой жизни, присматриваясь к тому, что сделала эта женская иноческая община для своей обители, как-то невольно приходишь к мысли, что не лишнее было бы обратить в женские многие и другие мужские монастыри. От этой перемены много выиграли бы и иноческая жизнь, и внешнее благоустройство этих монастырей

Вот такое послание из прошлого. Прошлого не столь отдаленного, но заслоненного от нас целой чередой земных катастроф, которые суждено было пережить и самой обители, и всей России и, вероятнее всего, неизвестному автору заметки, что вышла в пятидесятом номере Владимирских Епархиальных ведомостей 13-го декабря 1908-го года под названием “Николаевская Солбинская женская пустынь”.

А в заключение хочется привести факты из изысканий местных краеведов, которые приводят имена благотворителей Сольбинской обители вскоре после её возобновления в 18-м столетии. Это и стольник Михаил Дмитриевич Ртищев, и князь Алексей Юрьевич Адуевский, и упоминаемые нами в предыдущей статье братья-купцы Щелягины, и монахиня Переславского Феодоровского девичьего монастыря Наталия (Взимкова), происходившая, очевидно, из богатой семьи и присылавшая на Сольбу поистине “царские” подарки.

Кобленц-Никифорова Анна Александровна, искусствовед,

постоянный лектор Николо-Сольбинского женского монастыря,

лектор Музея предпринимателей, благотворителей и меценатов в Москве,

экскурсовод паломнической службы общины Преображения Господня в Старом Беляево (Москва)

Поделитесь с друзьями: