Поучение в неделю 23 по Пятидесятнице

неделя 23Срете Его муж некий от града, иже имяше бесы от лет многих. (Лк.8:27)

Ныне чтенное Евангелие описывает нам человека  бесноватого! А мы  вообразим в мыслях наших человека злобного. Вы увидите, что оба сии лица между собою столь сходственны, что сомнительно злобного ли бесноватому, или бесноватого злобного пристойнее уподобить человеку. Представьте только  себе, как оный бесноватый, когда восхищаем, был бесом, растерзал узы, стремился, куда гонял восхитивший его демон! А с другой стороны вообразите, как человек злобный растерзывает узы разума, совести, закона и благодати, и будучи вне себя от злости, приходят в некое нечувствие, и стремится туда, куда восхитившая его страсть злобы гонит. Но то есть разнствие между оным бесноватым, и злобным человеком, что той вредит, сколько видеть можно в  Евангелии, себе только! А сей вредит и себе и ближнему. К тому ж он был бесноватым по неволе, а злобными делаются люди по своей воле: ибо  действительно бесу жилищем никто, а злобу содержать в сердце своем весьма многие изволяют: хотя все то одно, кроме, что там, на теле, а здесь на душе беснования показываются знаки. Но почто нам много говорить о том, что не  от нашей зависит воли, больше должно о том, что от нашей, особливо, когда она на зло употребляется. О злобе убо разсудим и увидим, что злобствовать дело есть самое зловредное, самое богомерзкое, и самое дьявольское.

Злоба происходит первое от ненависти, которая рождается от чрезмерного самолюбия, когда человек никого кроме себя не любит, и всякого, почитая хуже себя, отвращается от него, и ни за что почитает, всякому вредит, только бы случай сыскать. Второе от мщения, когда человек за досадное ему дело или слово неусыпно ищет кому-либо сделать вред. Третье от зависти, когда видя достойнейшего себя, снедается, что он не столько одарен.

Что надлежит до первых, они  столько самолюбием пленены, что себя предпочитают всем, и самые свои пороки больше уважая, нежели другого добродетели, снедаются, что не весь свет объят их руками. Всякий пред ним невежа, всякий подл, никто не достоин его, и так не сыскивают они никого, чтоб не ненавидеть и   не презирать. Таковые люди достойны, чтоб их изгнав от общества, сим привести в познание своих недостатков, и что они тем самым не достойнее всех. Сколько ни мерзок дьявол ненавидяй человка, но они мерзостнее его. Ибо что хуже в свете того человека, который только об одном себе рассуждает, а для всех зол? Редки сии уроды света, однако есть. Таков был Нерон, который жалел, что у его подданных не одна была шея, чтоб он вдруг всех погубить мог. Да избавит нас Бог от такого неистовства. Сравним мы с ними человека распаленного ко всем любовию. Он есть утеха человеческого рода. Он  есть врач немощей ближних своих. Сколь  сей любезен, столь ненавистны оные и вредны себе самим.

Второй род злобных, когда злоба происходит от желания мщения ближнему своему, за некоторое учиненное им зло, или в деле, или хотя в слове только. Когда объемлет человека таковое бешенство злобы, обладает им, тогда он бывает злее всякого зверя. Ибо таковый отвергая любовь сродную человечеству, наполняется ядом гнева. Закон, совесть, убеждения других ничего в нем не действуют. Злоба обнажает меч, приуготовляет оружие, и отъемля от человека человечество, делает его неукротимым и смертоносным. Хулы, поношения, клеветы, ругательства, подыски, обманы, наглое и неправедное отнятие имений, убийства, и другие несноснейшие пороки ему не страшны. Он на все дерзает: он позабывает почтение к родителям, любовь к детям и сродникам, обязанность ко всякому человеку, и благоговение к Богу: его стремление несет его всюду: нет покоя ни в мысли, ни в сердце его. Он восхищен сам пороком, ни о чем том не рассуждает, хотя б пред глазами его было все несчастие, или и самая смерть. Ничто не укрощает его злобы: и сия злоба собственно называется злопомнение, или памятозлобие.

Третий род злобных, которые злобу начинают в своем сердце от зависти: какова злоба была в Сауле, которую он имел на зятя своего Давида, завидуя его славе. Ибо все почитай во Израили вменяли Давида за достойнейшего паче его, что и от оной песни девической доказывается: Саул победил тысячи, а Давид тьмы(1Цр 29:5). Или паче сказать можно, какова злоба была во Иудеях на Христа! А за что: за то, что народ Его любил и прославлял. Что, говорят они, сотворим? Яко Человек сей многа знамения творит. Аще оставим Его тако, все уверяют в Него.( Ин.11:47). И паки: Видите, яко никаяже польза есть? Весь мир по Нем идет. (Ин.12:19). вот главная и единственная толикой их злобы на Христа была причина. И кто ж здесь не видит, что сколько ни худое основание имеет второй род злобных, потому, что Бог нам обиды свои отмщает точно запрещает, где говорит: Мне отмщение, Аз воздам!(Рм.12:19) Но однако же сей род злобы несравненно мерзостнейший есть паче оного, поелику несравненно развратнейшую имеет паче онаго причину. Ибо то делает причиною своего терзания, и злости на другого, что в нем должно б было производить утешение и сорадование.

Видим убо мы, сколь вредны злобные другим, сколь вредны и себе! Но сколь противны суть и Богу, можно сие всякому познать из того самого, что когда человек в злобе пребывает, то в такое время ни пост его, ни молитва, ни приношение какое не могут быть приятны. Аще, говорит Он Сам, принесешь дар твой ко олтарю, и ту помянеши, яко брат твой имать нечто на тя: остави ту дар твой пред олтарем, и шед прежде смирися с братом твоим.(Мф.5:23). Здесь приметьте вы слушатели: что ежели не велит нам Бог приближаться к олтарю своему с дарами и в то время, когда кто другой на нас злобствует за некую от нас учиненную обиду: кольми ж паче, когда мы сами  злобствуем на кого, мерзостно бывает Ему наше приношение, или молитва, или что-нибудь сим подобное. И сие ведая святой Иоанн милостивый, в самый тот час, как Литургисал, и изготовился Причаститься Таин Христовых, в самый, говорю, тот час воспомянув, что один из клириков озлоблен на него, оставил службу, и пришедши сам на клирос, пал ему, о чудного смирения! пал на ноги, прося о примирении.

Но где мы ныне найдем такие примеры? Мы, не только ведая многих на нас озлобленных, но и сами, будучи все полны злобы, о дерзновение! Приступаем к Причащению Тела и Крови Того, который молился о распинающих Его. И в самое то время, как постимся или молимся, о! отмщении мыслим, и как бы кого съесть поучаемся. О молитвы богоненавистной! О! поста мерзостного! Воистину слушатели не только пост, но ни иная кая верховнейшая  добродетель наша приятия Божия бывает, достойна, когда злоба в нас царствует. Сей червь самый лучший плод духовных трудов наших снесть совсем силен: сие моль проклятая и дражайшей самой души нашей не пощадит одежды. Можем ли мы что больше сделать, как быть мучениками за Христа? Но и мученичество в злобе ничто. Слушайте Апостола: Аще, рече: имам пророчество, и вем тайны вся, и аще тело мое самое предам, во еже сжещи, любве же не имам, (кольми паче когда еще особливая злоба есть во мне) ничтоже есмь.(Кф.13:2,3)

И сей есть главный и самый большой вред человеку от злобы его, что он, как видите, чрез то все добрые дела свои, каковы б они ни были, погубляет.

Какая убо нам слушатели, польза быть злыми? Досадил ли кто тебе? Молчанием сию досаду останови. Поносит ли кто? Ты похваляя его убеди отстать от сего порока. Презирает ли кто тебя? Смирись перед ним. Иную ли какую досаду тебе сделает? Будь терпелив, и терпением постыди его. Ибо кто на великодушного и терпеливого нападет, не находит в своем стремлении утешения, но паче убеждается с удивлением почитать его добродетель. Не буди гневен на человека гневающегося, да не равен ему будешь: удаляйся от такового, да не будеши подобен псу, который услышал другого лающего, и сам начинает лаять. Блюдитеся, увещевает святый Апостол Павел, друг друга угрызать и съедать, да не друг от друга истреблени будете.(Гл.5:15).

Да сотворит преблагий Господь, чтоб в нас исполнилось оное Павлово желание: чтобы мы отложили вся: гнев, ярость, и злобу ,(Кол.3:8) и не были бы дети умами, но злобою младенствовали. (Кор.14:20).  А тогда конечно и пост наш и молитва, и все прочие добродетели не будут суетны. Тогда, говорю, как не будем мы на братию нашу и по причине злобствовать, кольми же паче еще напрасно. Ежели ж приложим мы еще и тех любить, которые на нас злобствуют, то уже что сего блаженнее будет? Мы по слову Христа Спасителя, сынове Вышнего тогда наречемся. (Лк.6:35). Аминь.

Поделитесь с друзьями: