Без терпения никто не спасется
Когда монах безропотно работает Богу, Бог весьма возвеличивает его и щедро наделяет его Своей благодатью. Монах чувствует Бога в своем сердце. Для этого нужно только послушание без прекословия — «прости» и «благослови» — и ничто иное. А все, что делается без благословения, для монаха является тяжким и смертным грехом.
Будем внимательны к нашей совести, чтобы быть с нею в мире. Вопрос чистой совести является одним из главных. Кто упокоевает свою совесть, тот полон радости и веселия и спит беззаботно. Помню, один начальник станции как-то признался мне: «Я, матушка, всегда стараюсь следовать голосу своей совести, чтобы потом спать легко и спокойно». На меня это произвело впечатление, что такой простой мирянин подвизается в том, чтобы жить в мире со своей совестью. Как прекрасно, когда человек упокоевает свою совесть, чтобы она ни в чем его не обличала!
Когда мы берем четку, давайте будем молиться со вниманием, а не наспех, не так, чтобы тянуть вместо одного узелка два и поскорее закончить. Наша цель — достичь единения с Богом. Когда этого нет, тогда в молитве нет содержания, нет горячности, и, соответственно, нет никакой пользы. Это как строить дом на песке (см. Мф. 7, 26).
Человек призван стать богом по благодати. Молитва делает человека очень чутким. Как мы берем сито из тонкой шелковой ткани и просеиваем муку, так мы должны «просеивать» свой помысел, чтобы к нему не примешивалось ничего лишнего, чтобы он был чистым, незапятнанным, чтобы он был во всем целомудренным, сиял радостью, чтобы он ликовал и веселился. Тогда благодать соединяет нас с Богом, делает нас одним целым с Ним. Когда у нас есть непрестанная молитва, разве может нечистый дух приразиться к уму? Огонь Божества дает жизнь и пожигает в нас все непотребное. Он пожигает помыслы, непослушание, прекословие, ропот.
Бывает, что старица вас накажет или скажет вам слово, которое покажется вам обидным. Не принимайте это близко к сердцу, ведь я говорю это не со зла. И я сама постоянно нахожусь в такой брани, что не передать! Я днем и ночью веду брань с диаволом. А если не буду воевать, то как Бог придет в мою душу?
Так давайте же будем воинствовать с нашим супостатом! Он приходит к нашему уму и говорит нам то одно, то другое. Если мы не отвергнем и не выбросим из нашего разума все эти смрадные и нечистые приражения, то не получим помощи от Бога. Все подвергаются брани. А у кого ее нет? Даже святые — те, кто в пустыне и достигли Бога, — и они были в брани.
Вспомните старца Иосифа. Когда на него нападали скорби, он вел с ними брань, и за это к нему приходила благодать Божия. Он чувствовал у себя в душе Божественное утешение и видел созерцания. Как-то раз, находясь в сильной печали и страдая от этого, он пришел в созерцание. Он оказался на равнине, где земля была белой как снег. Он был в восторге, удивляясь красоте окружающего его пейзажа. В то время, как он искал путь, чтобы покинуть это место, — из-за страха, что ему нельзя находиться там, — он увидел врата, которые привели его в храм Богородицы. Там были молодые люди, отмеченные красным крестом на челе и груди. Один из молодых людей, похожий на военачальника, встал и подошел к иконостасу, где была икона Богородицы, и попросил Ее показать Свою благодать старцу, который терпел столько скорбей ради любви Божией. Внезапно старец Иосиф видит Богородицу во весь рост, так живо, в такой красоте и сиянии, что миллионы солнц не могли бы сравниться с красотой и светлостью Ее лика! Видите? Сначала скорбь и искушение, а потом приходит благодать и утешение.
Так же и мы. Нам сделали какое-то неприятное замечание? Ответим так: «Если Бог попустил, чтобы мне сказали это, значит я действительно сделала что-то не так или была невнимательна, или должна побороться со своими страстями. Так попустил Бог».
Мы не видим бесов, как их видели святые отцы — с чудовищными когтями, с выпученными глазами, с отвратительным вываленным наружу языком. Видели ли вы что-то подобное? Нет, не видели, потому что мы не подвизаемся, как они. Но зато вместо бесов мы сталкиваемся с людьми. То одна сестра нам что-нибудь скажет, то другая. Волей-неволей проскальзывает иногда какое-нибудь словечко или что-то недолжное. Будем говорить, что так попустил Бог. А как иначе ты научишься вести брань? Как станешь невестой Христовой? Как мы станем монахинями, если по каждому пустяку горюем да расстраиваемся? Если ты не потерпишь другого человека, если не увидишь себя самого, как ты есть, если не скажешь себе, что тебе надо претерпеть укор от ближнего и не поймешь пользы от скорбей, — то что с тобой будет? От ласкательств человек не получает пользу, только вред.
И снова возвращаюсь к вопросу послушания. Будем очень внимательны к этому. Старица терпит ваши преслушания, размышляя о том, сколько нас всех выносит Бог. Созерцая бесконечное море милосердия Божия, у которого нет ни начала, ни конца, она тоже все выносит и терпит. Пока старица терпит, все ваши преслушания остаются без наказания. Но в какой-то момент уже Сам Бог начинает исправлять нас, и тогда следует справедливое воздаяние. А уж когда Бог берется за нас, то поверьте — становится не до шуток. Поэтому я говорю вам: имейте веру к нашему старцу и к старице.
Когда охладевает вера к старцу или к матушке, вы лишаетесь того покоя в душе, который должен быть у монаха. Это происходит оттого, что в вас еще живет внутреннее прекословие, но вы не стараетесь искоренить его. Это очень большой грех.
Внутреннее прекословие есть величайший и страшнейший грех. Именно когда ты во всем доверяешь себе и думаешь: «Все правильно я сказала. Все правильно я сделала» — и внутренне входишь в сосложение со всеми прилогами диавола. А впоследствии враг ослепляет нас, нами сразу овладевает омрачение, наш помысел погружается в самодовольство и все наши действия кажутся нам правильными. Мы перестаем оценивать то, что мы говорим, как себя ведем, мы не следим за своей внутренней и внешней жизнью, и душу охватывает нечувствие. Кажется, что ум как будто насквозь разъеден ржавчиной. Если дойдешь до такого поражения ржавчиной, легко ли потом очиститься от нее?
О, какое прекрасное слово о девстве оставил нам святой Иоанн Златоуст! Мы читали его раньше, и старец много раз нам его объяснял. Я помню, как он говорил нам о чистоте, о целомудрии, о божественном сиянии. Если на белую простыню попадут чернила, мы прилагаем все средства и стараемся вывести их, но в результате все равно остается пятно. Так и в вопросе целомудрия и непорочности. Мы должны быть очень-очень внимательны! Диавол не спит, бодрствует и денно-нощно старается любым способом запятнать разум человека.
Мы должны жить в трезвении. Христос говорит: Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение (ср. Мф. 26, 41), непрестанно молитесь, за все благодарите (1 Фес. 5, 17, 18). Христос имеет в виду, что наш ум должен находиться в непрестанном бодрствовании. Помните, как мы читаем на повечерии: «Бодр ум, целомудр помысл, сердце трезвящееся».
Иными словами, наш ум должен стоять на страже исполнения воли Божией, ему следует подвизаться. Наша душа должна находиться во всегдашней борьбе. И тогда, пребывая в борьбе, она будет видеть, как Бог приходит и воцаряется в ее сердце. Хотя мы и недостойны ни призывать Его, ни даже говорить о Нем, но Он все же приходит.
Что мы можем сказать о нашей Госпоже Богородице? Как нам призывать Ее? Как обращаться к Ее бесконечному милосердию и любви, которым нет конца? Несмотря на то, что мы огорчаем Ее, причиняем Ей боль и раним Ее сердечко, у Нее так много любви! Ее любовь просто неиссякаема! Она покрывает нас Своим необъятным покровом и просит Своего Сына за всех нас, говоря: «Господи мой, сладчайший мой Сыне и Боже, спаси творения рук Твоих; помоги им, даруй им Твою благодать...» Невозможно постичь умом безмерную любовь Богородицы к людям!
Когда святые отцы Церкви размышляли о милосердии Божием, они просто не могли его выдержать, падали без чувств — бренный человек не может выдержать такую благодать Божию! О, как благ, как прекрасен наш Бог! Он все долготерпит, долготерпит, долготерпит! Если бы наш ум смог разуметь эту бескрайнюю милость Божию, из наших глаз днем и ночью струились бы потоки слез. Земля вопиет: «Я не могу больше выносить людей! Не могу больше терпеть грех!» Но Бог отвечает: «Терпи! Как Я прощаю, так и ты должна терпеть».
Будучи невестами Христовыми, мы каждый день должны готовиться, блюсти и исследовать себя, как мы подвизаемся. Исполнили ли мы волю Божию? Если мы любим нашего старца и старицу и хотим упокоить их, мы должны с точностью соблюдать устав монастыря. Чтобы ощущать их любовь к нам, мы должны исполнять волю Божию.
Нам подобает добросовестно вести себя в церкви и на послушании. Будем внимательными, чтобы не допускать вольного обращения, громких разговоров и празднословия. Не надо устраивать сходбища и вести бесполезные разговоры; избегайте участия в мирских делах. Займемся лучше чтением святых отцов и будем делать себе выписки из их наставлений.
Есть так много книг, в которых рассказывается о жизни святых и о том, как они молились, как подвизались в умной молитве. Какие прекрасные вещи можно там подчерпнуть! А какие восхитительные письма у старца Иосифа! Когда мы читали их в молодости, то духовно укреплялись и чувствовали себя так, будто переносились в пустыню. Они написаны стаким трезвением и чистотой!
На первых порах основания нашей обители я сама собирала травки вокруг монастыря, мыла их, варила, замешивала тесто и пекла хлебушек. Мы все ели из одной тарелки. Какой прекрасной была эта жизнь! Поэтому я говорю вам, что Бог щедро даровал нам Свои блага, как Небесные, так и земные. Под Небесными имеется в виду то, что человек, имея трезвение и молитву, может духовно преуспевать и восходить по ступенькам духовной лествицы.
Чтобы в сердце монаха могло прийти Божественное просвещение, ему нужно быть очень рассудительным и иметь много терпения. Вы замечали, как ночью светятся огоньки там внизу в Волосе? Так будут блистать и души в раю. Одни будут светить больше, другие меньше, некоторые совсем чуть-чуть.
Много званых, мало избранных (Мф. 20, 16), — говорится в Евангелии. Если человек борется со своими помыслами, понуждает себя непрестанно держать Иисусову молитву и ищет Христа, Бог никогда не покинет его. Но если мы не бодрствуем над собой и позволяем своим помыслам бродить то туда, то сюда и заниматься праздношатанием, что тогда с нами будет?
Не будем забывать, что Бог — справедливый мздовоздаятель. Дело не в том, что мы не можем подвизаться, а в том, что мы не хотим; если бы мы хотели, то вели бы себя совершенно иначе.
Итак, трезвение и Иисусова молитва: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя», «Пресвятая Богородица, спаси нас!» Когда будет слышаться имя Божие, бесы будут выдворены за стены монастыря и не смогут даже приблизиться к нам.
Помните ту бесноватую женщину в храме святого Димитрия? Она все время отводила глаза, чтобы не смотреть на монахинь. Если в эту женщину вселился только один бес, то подумайте, что было бы с ней, если бы их были тысячи? Посему будем крайне внимательны. Будем размышлять об Ангелах, устремлять наш ум в рай, чтобы пришли духовные созерцания.
Бог иногда открывает мне некоторые вещи не потому, что я этого достойна, а потому, что мне нужно пасти словесное стадо, которое вверил мне Господь.
Помню, как-то раз я зашла на кухню. Это было ни во сне, ни в бодрствовании. И вот я вижу перед собой высокую Жену в изящном одеянии, Которая мыла кружки и ставила их в комод, и делала это с такой ловкостью и быстротой, что просто не описать. За десять минут она закончила мыть на кухне всю посуду! Одно полотенце висело у Нее на плече, а другое, белое, Она держала в руке. Одним полотенцем она держала кружки, а другим вытирала их и ставила на место.
Она оставила мне очень ценный пример. Утром я проснулась с большой радостью в душе и подумала: «Вот это да! Смотри, как Госпожа Богородица учит нас самопонуждению и порядку! Здесь — сад Богородицы, и мы должны его чтить и уважать».
Однажды я читала послания святого Нектария к монахиням, и в одном из них сказано: «Та сестра, которая сломает какую-нибудь монастырскую вещь, должна пойти и показать это игуменье, чтобы не повторять этого опять, а игуменья пусть назначит ей епитимью». Везде требуется понуждение: и во время службы в церкви, и в наших монашеских обязанностях, и на послушаниях, одним словом — везде!
Здесь, на земле, где мы живем в изгнании, мы неизбежно будем сталкиваться с искушениями, причудами, своенравием других людей, и со многим другим, ибо у каждого человека свой собственный мир. Поэтому монах должен научиться терпению; без терпения никто не спасется.
Моему старому духовнику, отцу Ефрему, многое приходилось терпеть. Он часто говорил «ничего страшного», «да будет благословенно», «это пройдет» — итак претерпевал все искушения и испытания. Он молился, вел брань с диаволом и к тому же был терпеливым. Так поступает и наш старец. Приходит диавол и взбудораживает сестер. Иногда искушает одну, иногда другую и таким образом сеет смятение. А старец все терпит и говорит: «Слава Тебе, Боже» и «да простит тебя Бог».
Бог не хочет, чтобы здесь, в монастыре, мы говорили о ком-либо плохо. Всякое исходящее из ваших уст слово да будет с лаской. Ласковое слово и змею выманивает из норы. Ласковое слово приносит ближнему пользу, сразу умиряет его и порождает мир совести, извещая тебя, что ты никого не повредил и не опечалил. Так трудились святые отцы и сберегали в своей душе благодать Божию.
Горькое слово да будет исключено из нашего обихода! Когда тебе хочется сказать что-то на брата, закуси свой язык до крови, только бы не опечалить его. Зачем тебе печалить твоего брата? Зачем тебе огорчать его? Услышав доброе слово, твой брат полюбит тебя, а резким ты только огорчишь его и подвигнешь его к внутренней брани. Так диавол крадет наше время, наши минуты и даже целые дни.
Потщимся помышлять о том, как нам приблизиться к любви Божией, как нам вознести свой ум к Богу, к нашему Творцу, к небесным красотам рая. Ах, какая там красота! Какое там веселие! Подумай только, что если один Ангел и один спасенный монах сияет там во много раз ярче солнца, то насколько же больше сияет лик Христов! Что будет происходить там на Небе! Души будут встречаться друг с другом и общаться между собой, наслаждаясь небесными благами и гуляя посреди свежих лугов и райских цветов. О, какие там будут радость и веселие! Отовсюду будет славиться Бог. Ум приходит в исступление, когда размышляешь об этом!
Но вот все мы заняты земным, а дни проходят. Бог — справедливый мздовоздаятель. Он все записывает и оплачивает каждому по трудам его. Он считает все наши шажочки, труды, страдания, рыдания, слезы, воздыхания, ночные бдения — все. Чем больше кто устанет, тем большее упокоение примет в оном веке. Только бы была вера, любовь и благоговение к Богу.
В труде обретается Бог. Когда человек горит любовью к Богу, он не будет считаться со своим телом, что поесть и сколько поспать. Все его желание будет в том, как работать Богу.
Старица Макрина (Вассопулу), «Слова сердца», издание монастыря Филофей, Святая Гора Афон
