Грех осуждения есть один из самых больших грехов

Жил некогда один авва, который подвизался со своим послушником высокой духовной жизнью. Неподалеку от них стояла небольшая заброшенная калива, тоже принадлежащая им. Пришел как-то к ним пустынник и попросился жить в этой каливе, говоря: «Авва, не мог бы ты мне дать эту каливу, чтобы я поселился здесь рядом с вами?» Авва ему ответил: «Почему же нет? Буди благословенно, возьми ее». И так он поселился в ней.

Этот новоприбывший пустынник был очень духовно преуспевший, и люди постоянно приходили к нему за наставлением. Другой старец смотрел на постоянно приходивший народ и недоумевал, почему к тому старцу люди идут, а к нему нет. Он не мог этого понести. Через некоторое время он сказал своему послушнику: «Иди и скажи этому пустыннику, чтобы он немедленно уходил из каливы. Пусть ищет себе для проживания другой дом, потому что этот мне нужен». Послушник сказал: «Буди благословенно», — и отправился в путь.

— Как поживаешь, старче? — спросил послушник пустынника.

— Как тебе ответить, чадо мое? Вот живу тут, подвизаюсь.

— Мой старец шлет тебе свои благословения, он очень любит тебя.

— Передай, что я благодарю его от всей души и прошу молиться обо мне, потому что я нездоров, у меня разболелся желудок.

Через некоторое время хозяин кельи видит, что тот старец еще не ушел и люди продолжают посещать его. Тогда он опять говорит послушнику пойти к пустыннику и сказать ему, чтобы тот наконец уходил из их каливы. Послушник снова отправился в путь.

— Как поживаешь, чадо мое, что пришел?

— Пришел тебя повидать, отче. Мой старец услышал, что ты болен, и послал меня проведать тебя. Он шлет тебе свои наилучшие пожелания и благословения. Он очень любит, очень уважает и почитает тебя.

— Как же я рад! У меня нет слов, чтобы отблагодарить его за такую большую любовь ко мне, грешному. Скажи ему, что по его молитвам я выздоровел.

Послушник возвращается в свою келью и говорит старцу, что до воскресенья авва уйдет, если на то будет воля Божия. Бедный старец успокоился.

Воскресенье прошло, а пустынник так и не ушел. Люди продолжали ходить к нему, как и прежде. Старец потерял терпение и сказал: «Ну-ка сейчас я пойду, накостыляю ему посохом и выгоню его из каливы!» Он поднимается и собирается идти.

«Подожди, я пойду вперед, — поспешно промолвил послушник. — Я скажу ему пойти к тебе навстречу, чтобы тебе было меньше идти, и ты не устал. А еще я пойду посмотрю, нет ли там людей, чтобы не получилось соблазна, когда ты придешь».

Итак, послушник приходит первый и говорит пустыннику: «Отче, мой старец с большой любовью идет проведать тебя и взять тебя к нам в келью».

Как только пустынник услышал, что идет хозяин кельи, он подумал, что тому утомительно будет идти далеко, и пошел к нему навстречу. Едва завидев старца, он поклонился ему до земли и сказал: «Братик мой, отче мой, благодетель ты мой!» — и начал говорить ему много ласковых слов.

Как только тот увидел любовь пустынника, то сразу смягчился, обнял его, не говоря ни слова, и забрал жить в свою келью. Позже он спросил у своего ученика: «Ты ничего не передавал ему из того, что я говорил тебе?» — «Нет», — ответил тот. Тогда старец отдал свой посох послушнику и сказал: «Я недостоин быть твоим старцем. Этот посох теперь твой. Отныне ты будешь моим старцем». Видите, какую любовь имели старцы и послушники в те времена!

Теперь давайте порассуждаем. Если бы послушник шел и как есть передавал все то, что говорил ему старец, то он бы поверг пустынника в смущение и тот бы негодовал: «Что ты такое мне говоришь? У него была лишняя калива, он отдал ее мне в пользование. Разве я звал всех этих людей сюда? Конечно же, нет, их приводил сюда Сам Бог».

Видите, с каким благородством жили тогда, с какой любовью, с каким сопереживанием, с каким благочестием подвизались на монашеском поприще! Что за духовное делание было у этого послушника! Как возвышен был его образ мыслей, ибо он предпринял столько усилий, чтобы не опечалить сердец обоих старцев! Он сотворил послушание с рассуждением. Старец говорил ему сделать то-то и то-то, он слушался его, но всегда поступал с рассуждением, чтобы вышло благо. Он оказывал послушание и шел к пустыннику, когда старец посылал его, но при этом заботился о том, чтобы все было по воле Божией. В нем была благодать Божия, которая просвещала его, как нужно себя вести, чтобы помочь обоим старцам. С какой мудростью подвизались раньше люди! И нам тоже нужно иметь в своей душе множество рассуждения и много страха Божия.

Какая страшная вещь — клевета. Иногда мы слышим чей-то разговор, а потом идем и сразу пересказываем его. Даже не задумываясь о том, правда это или неправда, хорошо или плохо мы поняли этот разговор, мы идем и передаем его другим. А теперь сравните, как прекрасно поступил тот послушник по отношению к двум старцам! Какая великая была у него любовь, какое великое сострадание! Как мудро он привел их к духовному единению, как помог своему старцу победить страсть и содействовал тому, чтобы они жили вместе в любви и мире!

Во время чтения за трапезой будем внимательно слушать прекрасные жития мучеников и преподобных, как мы слушали сегодня житие святой Мелании. Какая интересная, какая исключительная жизнь была у святой Мелании! В то время девочек выдавали замуж в четырнадцатилетнем возрасте. Когда она ушла из мира, ей было всего пятнадцать лет. По совместному согласию они с мужем разлучились между собой и оба ушли в монастырь. Несмотря на ее малый возраст, она носила власяницу и подвизалась так же, как и искушенные подвижницы. Каким многим и прекрасным вещам мы можем научиться, если будем внимать житиям святых!

Помните, мы как-то читали об одном святом», который говорил: «Кто будет почитать меня, призывать меня в молитве и читать мое житие, тот избавится от любого искушения и болезни, которые его тревожат». Почему бы нам не иметь предстательства святых, которые могут нам помочь избавиться от разного рода искушений и борющих нас страстей или от болезней, которые тяготят нас так сильно?

Когда мы со вниманием читаем жития святых, они помогают нам и посылают нам свое благословение. Будем поучаться в том, что мы слышим за трапезой. И когда потом мы пойдем в наши кельи, мы немного отдохнем, а позже начнем размышлять над услышанным. Помолимся немного, потянем чёточку, скажем несколько слов Христу, несколько слов Богородице, и тогда у нас не будет ни празднословия, ни пустых разговоров, ничего такого.

Потщимся, чтобы наши часы, месяцы и годы не проходили всуе. Постараемся, чтобы у нас во всем был духовный распорядок. Будем чередовать духовные занятия, занимаясь то чтением, то письмом, чтобы узреть свет Божества. О, какую благодать вы будете ощущать, когда станете внимать чтению! Вы уже не сможете оставаться прежними — такие дивные, благодатные изменения произойдут в вашей душе.

Когда мы пребываем в подвиге, Бог всегда воздает нам за это. Даже если одну неделю мы понудим себя молчать, мы сразу увидим в себе возрастание любви Божией. Скажем себе так: «Ради любви Христовой не буду ни с кем празднословить; буду общаться очень кратко; буду побольше молиться по четкам; побольше ограничу себя; увеличу свои келейные бдения; буду делать все то, что угодно Богу». Так в вашем сердце водворится любовь Божия, и вы почувствуете мед Божественной благодати.

Часто вспоминаю, как раньше в миру мы ели что-то соленое, селедку и прочее, и на нас находила большая жажда. А потом я говорила: «Нет, не буду пить воды, пусть лучше я умру, но не буду пить», и так отсекала свою волю. После этого приходила благодать Божия, и жажда более не беспокоила нас. А если мы будем делать все то, что говорит нам наш помысел или что нас просит наше тело, и все давать ему, то какое тогда будет воздержание, которое мы обещали хранить давая монашеские обеты?

Жил как-то один старец. Однажды в его келью ворвался разбойник и говорит ему: «Авва, я убил девяносто девять человек. А сейчас с тобой будет сто!» Как только старец услышал это, то сказал: «Буди благословенно, чадо мое! Да будет благословенно имя Господне! Раз уж пришел мой час уйти, секи мне голову с плеч. Но одно только прошу: сходи, принеси мне немного водички из родника; а потом уже руби мне голову».

Тот взял кувшин старца и отправился за водой. И так как, во-первых, он исповедовался, то есть сказал старцу, что убил девяносто девять человек и хочет довести число убитых до ста, а во-вторых, оказал послушание, когда пошел за водой, милость Божия не оставила его. В тот час, когда разбойник отправился к источнику, старец встал на колени и молился: «Огради его, Господи, еще от одного убийства! Помоги ему, Христе мой, покаяться и прийти в сокрушение».

Пока разбойник наполнял кувшин, его душу посетило покаяние и из глаз хлынули слезы. Он очень долго плакал там у реки и промочил весь платок своими слезами. В тот момент, когда старец молился, он увидел в видении некоего мужа, облаченного во все белое, с золотым венцом на главе. Старец спрашивает: «Кто это?» И ему был голос: «Это разбойник, который хотел тебя зарезать. Так как он исповедался и оказал послушание, сейчас он восходит на Небо». Старец встал, пошел к реке и нашел там разбойника мертвым. О, какая милость Божия! Он зарезал девяносто девять человек и хотел, чтобы было сто!

Смотрите, какая любовь, какое долготерпение, какое милосердие Божие к нему! А мы теперь не выносим даже мелких обид, не благодушествуем, не терпим скорбей, не имеем смирения, чтобы сказать: «Буди благословенно! Так попустил Бог за мои грехи. Одному Богу известно, сколько раз я его опечалила, и теперь Господь попустил это искушение, чтобы мне сказали язвительное слово». Когда у человека есть смирение и послушание, в его душе можно видеть некое особое величие. Смиренный человек скажет: «Буди благословенно», «прости», «так управил Бог, да будет воля Божия, благодарю Тебя, Господи Боже мой!»

Если какой-то человек скажет нам обидное, грубое слово, а мы тихонечко встанем и пойдем в свою келью со смиренным помыслом, неужели нас не осенит благодать Божия? Неужели она не изменит нашу душу, которая сделалась как камень и мрамор из-за того, то мы не отсекаем свою волю и держимся своего помысла? Если мы смиримся, то сможем услышать Его голос в нашей огрубевшей душе. И когда мы ощутим в себе это Божественное изменение, мы начнем жить внимательной жизнью, говоря сами себе: «Постараюсь, чтобы в моей душе не было обиды ни на какого человека».

Потщимся изо всех сил помышлять таким образом: «Для меня этот человек свят, да и тот и другой тоже святы». И тогда в нашей душе не будет возникать ропота ни на какого человека. Разве может после этого Бог не сокрушить наше каменное сердце, не умягчить его словно воск и не разметать все те огромные скалы, которые незаметно для нас образовались в нашей душе? Все возможно нашему Богу! Это и есть милосердие Божие, любовь Божия, безграничное благоутробие Божие! Поэтому святые отцы говорили: «Ослаби, Господи, волны благодати Твоея во мне». Так взывали они потому, что не могли выдержать преизобильного милосердия Божия; такую благодать давал им Бог.

Почему бы и нам сейчас не начать подвизаться, чтобы сподобиться достигнуть такого духовного состояния и переживать это величие в нашей душе, а не терзаться помыслами против ближних: «Она мне сделала то, она мне сделала сё...»

Сестра моя, приди же в себя! Куда ты спрячешься от правосудия Божиего!? Бог терпит тебя, держит здесь тебя на земле, кормит тебя и поит, дал тебе здоровье, все блага земные и небесные. Для чего же ты прогневляешь Его своим ропотом? Почему не можешь понести одной фразы от ближнего? Почему не терпишь такого же человека, как ты? Только через терпение в душу человека приходит благодать Божия, и тогда он чувствует себя Ангелом с золотыми крыльями, который летает тут и там по небесным садам Божиим близ Госпожи Богородицы.

О, ангельская жизнь! О, какая это ангельская жизнь! Если мы глубоко положим эту мысль в нашем сердце, что мы живем ангельской жизнью, то я даже не знаю, в какую духовную меру мы придем и что дарует нашему сердцу Бог! Мы не можем даже представить, какие состояния мы будем переживать в нашей душе! Ты знаешь, что значит быть Ангелом? Ангел не смеется, не злится, не обманывает, не ругается, не празднословит, не судит, не осуждает, не надмевается.

Грех осуждения есть один из самых больших грехов. Мы должны быть очень внимательны к этому, потому что самое трудное мытарство, которое мы будем проходить, — это мытарство осуждения. Когда у нас в душе есть какая-то обида на брата и мы находимся под властью этого искушения, тогда благодать Божия не преосенит нас. Благодать Пресвятого Духа не может прийти в душу, чтобы общаться с ней, просветить ее, зажечь ее пламенем Божественной любви, и нетварный свет не может прийти в сердце.
Самый большой бес, который устраивает нам препоны, есть тот самый, который нашептываем нам: «Почему она?», «почему она сделала так?», «она не должна была так поступать; ей надо было повести себя иначе» и так далее. Видя все эти ссоры и дрязги, старица очень печалится и скорбит; она от всей души молится Богу и взывает: «Боже мой, помоги мне! Дай мне Твое незлобие, дай мне Твою любовь, дай мне полюбить всех людей, какое бы зло они ни делали, что бы ни произошло; дай мне Твою любовь, чтобы я полюбила людей так, как Ты любишь Сына Твоего».

Бог — это одна только любовь, а любовь все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит (1 Кор. 13, 7). Любовь объемлет собой все. Когда нет любви, тогда в нас постоянно действует помысел против ближнего и не уходит. Мы оставляем Христа где-то на периферии, хотя Его объятия всегда отверсты для нас. А Он зовет нас: «Прииди ко мне, чадо Мое; прииди ко Мне, дитя Мое, золотко Мое, сокровище Мое; прииди ко Мне, в Мои объятия; прииди, Я обласкаю тебя; прииди, Я исполню то, чего ты просишь и желаешь».
Итак, вот чего хочет от нас Бог. Он хочет от нас большой любви и преданности, как у ребенка к своей матери; Он хочет, чтобы мы уподобились Ему и стали маленьким Христом. И увидишь тогда, каких состояний мы сподобимся внутри себя и какие духовные ощущения нам откроются! Как сказал некто: святых Ангелов рядом с нами больше, чем воздуха, которым мы дышим. Только подумайте об этом!

…Я молюсь Богородице и Господу нашему Иисусу Христу, чтобы молитвами нашего старца… мы установили в своей жизни добрый порядок и стали более духовными и освященными. Молюсь, чтобы Христос простил нас за все грехи, которые мы совершили из-за наших немощей, страстей, недостатков, и чтобы Он дал нам покаяние, дал нам просвещение, дал нашей душеньке святости, ибо Он Бог милосердия и горячо нас любит.

А прежде всего я сама нуждаюсь во всем этом, ибо я не творю волю Божию, и поэтому мы находимся на том же месте и не имеем того преуспеяния, которое должно у нас быть. Итак, помолимся же Господу нашему Иисусу Христу, чтобы Он простил нам все то, в чем мы пред Ним согрешили, яже в ведении и не в ведении, яже в преступлении и преслушании. Да простит Он нас за все, в чем мы перед Ним виноваты, и да приидет милость Его на нас в этом новом году, которая да поможет нам правильно жить и подвизаться в том, что хочет и требует от нас Бог, дабы мы насладились Его вечными благами.

Желаю вам многая лета. Тем, кто еще не в постриге, желаю стать хорошими монахинями и принять великую и ангельскую схиму, подвизаться с большой любовью, верой в Бога и в ревностном духовном делании. А тем, кто великосхимницы, — чтобы вы прилежно блюли свое монашеское житие и хранили обеты, которые вы дали Богу, потому что Христос много с нас спросит. Молитвами нашего старца, да поможет всем нам благодать Божия и да облегчит нам путь нашего спасения, чтобы наше житие радовало Бога. Желаю вам многая и благословенная лета!

Старица Макрина (Вассопулу), «Слова сердца», издание монастыря Филофей, Святая Гора Афон