Хотя ты и на земле, ты думаешь, что уже сейчас находишься в раю
Как мы уже говорили в другой раз, келья для монаха — это ристалище. В келье есть особая красота, которая не передается словами. Кто ощутит ее в своей келье, тот узрит в ней Бога. В келье монах преклоняет колени, в ней он возносит свои краткие молитвы ко Господу, в ней он прилежит чтению.
Подумайте только: в келье ты общаешься с Самим Богом, разговариваешь с Пресвятой Богородицей и святыми, призываешь и умно видишь их перед собой ощущаешь их рядом с тобой, как они охраняют тебя чувствуешь их заботу и любовь, как они тебе помогают, как они спешат к Богу и направляют свои прошения к Нему. Например, они Ему говорят: «Господи, воззри на молитвы этой сестры. Я люблю ее и прошу Тебя помочь ей, простить ее грехи и сподобить ее душу принять просимое». Таким вот путем святые нас укрепляют. Святые и Ангелы горячо нас любят, и, чтобы спасти человека, они проявляют о нас неустанное попечение.
Будем стараться спасать свою душу. Не будем смотреть никуда по сторонам; ни налево, ни направо, ни назад, как жена Лотова (ср. Быт. 19, 26). Устремим взор вперед на наш путь, на Бога и на наше служение Ему, и тогда вы увидите, как возрадуется душа наша о Господе. Поэтому монах должен быть как Ангел. Разве Ангел гневается, разве Ангел ссорится с кем-нибудь, разве он способен к непослушанию? Об этом даже помыслить невозможно! Вот что такое ангельское житие.
Как-то раз мы поехали в монастырь Хрисопиги на Крите. Там хранится правая десница святого Иоанна, одного из ста отцов, которые почили все в один день, каждый в том месте, где был в тот час. Один в рухольной, другой подметал пол, третий был убит охотником. Они ушли все вместе, в любви, в святости, в преподобии. Когда священник перекрестил меня этими святыми мощами, я ощутила сильное благоухание и утешение. Десница этого святого отца была как живая. Так и нас да сподобит Господь стать настоящими монахинями и быть во всем единомысленными и единодушными.
Будем внимательно следить за тем, чтобы наша совесть ни в чем нас не обличала. Блюдитесь от гнева. Говорите ближнему только «Спаси тебя Господи»; нужно чтобы то же было и в вашей душе. Тогда приходит Бог и вселяется в наши сердца, и тогда даже эти черные одежды, которые мы носим, будут доставлять нам радость.
Расскажу вам нечто про сестру Феодору. Она говорила: «Сподобиться бы мне благой кончины, чтобы перед смертью я успела принять великую схиму. Если ко мне не придет извещение, не приму ангельской схимы». И потом, когда ее постригли, она в ликовании говорила: «О, как благодатны эти монашеские одежды! Как жаль, что я не приняла постриг раньше, чтобы насладиться этой радостью! Сейчас я уже больна и из-за своих немощей не могу во всей мере ощутить благодати Божией и великой схимы». О, как прекрасна великая ангельская схима! Ты становишься невестой Христовой, Ангелом, который воспаряет прямиком на Небеса и пополняет ангельский чин.
Помните, я рассказывала вам про одну девушку Марию, которую не успел постричь в монашество наш старый духовник? Один человек видел ее во сне, как она бежала, и спросил ее: «Почему ты бежишь, Мария?» А она отвечает: «Бегу, потому что хотела быть сопричисленной к чину Ангелов. Я была так близко, но не успела». Действительно, ее житие было равноангельным, но по промышлению Божию она не успела исполнить все, что нужно было сделать для этого. Поэтому будьте внимательны к своей жизни, чтобы сподобиться принять великую ангельскую схиму, ибо в ней таится великая благодать. Бог дарует человеку эту славу, и кто примет ее и истинно потрудится ради нее, тот насладится величиями Божиими.
Молящегося человека Бог наделяет своими дарованиями, делая его внимательным к своему поведению и к своей жизни. Если мы нацелимся на стяжание молитвы, то, молитвами нашего старца узрим духовные состояния в своей душе и нашим наставником станет Сам Христос.
Мы иногда говорим: «Ох, я чувствую сильную слабость; не могу, приболела, устала...» Разве кто-то еще сомневается в том, что, когда ты оказываешь послушание, благодать Божия покроет все твои труды? И если твой старец или старица осенит тебя крестным знамением, будь спокойна: тебе будет так легко, как будто ты летишь на крыльях. За послушание ты сможешь даже идти по воде, якоже по суше. Такая благодать Божия дается духовным пастырям, и Господь исполняет всякое их прошение, даже если они недостойны, грешны и имеют свои немощи. Бог дает им благодать только и только потому, чтобы они могли руководить душами людей ко спасению.
Будем подвизаться исполнять волю Божию. Наши руки и ноги да будут в труде так же, как наш ум и уста. Внимательно следите, чтобы не впасть в нерадение, ибо это очень опасная страсть. Иной раз нам кажется, будто Бог нас покинул, будто Он нас не любит и не думает о нас, однако это не так. Бог любит нас безмерной любовью, Он печется о нас и смотрит, как мы трудимся ради любви ко Христу. Не сомневайтесь — Бог никогда нас не оставляет. Он записывает каждый наш шаг, каждый наш благой помысел, каждый наш разговор.
Как это прекрасно, что наш Ангел Хранитель записывает все наши поступки, чтобы потом представить их Христу!
Когда я была в больнице после операции, я видела, как мой Ангел Хранитель и Ангел великой схимы охраняли меня. Они пришли, держа друг друга за руки, и смотрели на меня. Они передавали мне радость, жизнь и веселие. Своим взглядом они обогащали мою душу, как будто говоря: «Не расстраивайся, мы здесь. Мы тебя не оставим». Как отрадно мне было, что они были рядом. Я очень живо чувствовала их присутствие. Нам не следует огорчать нашего Ангела Хранителя и нашего Ангела великой схимы, но нужно их чтить, ведь они всегда рядом с нами, всегда вблизи нас. О, какая же это радость!
Мы должны прикусить свой язык, когда нам приходит на ум сказать что-то опрометчивое. Когда, например, в нас возбуждается гнев, изменим свою мысль, возведем свой ум на Небо, обратимся к нему: «Иди-ка сюда, я возьму тебя погулять по раю (пусть я и не видела рая), и увидишь тогда, как поменяются твои чувствования. А потом скажем ему: «Давай-ка я низведу тебя в ад».
Бог сотворил нас по образу Своему и подобию (ср. Быт. 1, 26). О, какое великое это чудо! Он соделывает нас богами по благодати. Как же безмерно нам следует благодарить Его, думать о Нем и служить Ему! Какие бы горы и холмы не были у нас на пути, все это человек способен преодолеть с помощью Божией.
Вспоминаю, когда, еще будучи в миру, я хотела стать монахиней, однажды я встретилась с одной старицей, которую звали Акакия. Она сказала мне, что монашеское житие может казаться таким тяжелым и неподъемным, как гора. Но если человек вникнет в суть этого жития, оно становится легким, как камешек. Помню, там росло дерево, и я минут десять смотрела на него и размышляла о том, как же гора может стать легкой как камешек. Однако потом я подумала: «Да разве Богу трудно обратить гору в камень?» Тогда я еще больше укрепилась в своей решимости последовать по монашескому пути.
Когда-то в детстве во сне мне было одно видение. Я находилась в некоем саду, чем-то похожем на наш виноградник, что напротив. Место было очень красивое, все покрытое зеленью. Там была одна Жена, одетая во все черное, и с Нею ребеночек лет трех. Она отпустила Его побегать среди зелени, которой поросла вся эта холмистая местность. В какой-то момент Она зовет меня и говорит: «Мария, иди ко Мне». Я подошла к Ней, и Она спрашивает: «Ты сможешь поймать моего Сына?» «Смогу», — ответила я. «Если поймаешь, Я кое-что дам тебе».
Я начала бегать за Младенцем, и сильно запыхалась, пока догоняла Его. Когда наконец я поймала Его, я крепко-крепко обняла Его и спросила: «Как может быть сладок Христос?» Тогда Он поднес свои ручки к моему лицу и подул на меня. После этого ко мне пришла такая сладость, которая не сравнится даже с самым ароматным лукумом в мире или с самой благоухающей розой на земле. Мои уста исполнились медом благодати. Тогда эта Жена достает два колечка и надевает одно мне, а другое Младенцу. Затем я сразу проснулась.
После пробуждения на мне не было кольца, но у меня было такое ощущение, как будто я уже много лет носила на руке это кольцо и теперь мне его очень не хватает. После этого сна я совсем ничего не хотела кушать. Моя тетя звала меня: «Приходи, я приготовила тебе котлеты», а я совсем не обращала на это внимания. Мне не хотелось ни есть, ни пить, чтобы не потерять этот неземной аромат. Это благоухание пребывало со мной долгое время: может быть, полтора или два года. Тогда я совсем перестала есть сладкое. Ни лукум, ни сахар я не клала в чай, только бы не утратить этого небесного вкуса.
Я была еще маленькой, когда во мне созрело решение стать монахиней. Раз и навсегда. Я сказала себе: все, я буду монахиней! Но с кем мне было поделиться этим тогда? У меня еще не было духовника. Потом, когда появился отец Ефрем, мой первый духовник, я рассказала ему обо всем, что я видела, и он мне ответил: «Это призыв Божий, чадо мое, тебе нужно стать монахиней». Тогда я окончательно приняла решение, что уйду в монастырь.
После этого я стала носить темно-синее платье, надевала на голову платок и в целом старалась жить по-монашески. Хочу вам сказать, что все это произошло под действием Божественной благодати и потому, что на то была воля Божия. Ведь я была сиротой, у меня никого не было, и кто знает, в какое болото бы я погрузилась, в какие бы я попала руки и кем бы я могла стать? Молитвы моих родителей защитили меня.
За восемь дней до того, как умер мой отец, он позвал мою мать и сказал ей: «Я скоро умру, а тебя Господь заберет в следующем году. Но не печалься о детях: их покроет великая рука Божия; их защитит Божественная благодать». В чистый понедельник в четыре часа дня мой отец предал свою душу Богу, а ровно через год в чистый понедельник в то же самое время ушла и моя мать. Но нашлись люди, которые взяли нас под свою защиту.
Так, рядом с нами жил один владелец бакалейной лавочки, который каждый день приносил нам корзину с едой, где лежала записка: «Возьмите все продукты, а корзину оставьте во дворе моего дома». Благодаря этой корзине, полной разной еды, мы с моим братом жили первое время. Помню, как прослезился мой отец, когда говорил матери о том, что дети будут под защитой и покровом Самого Бога. Так оно и было. Мой брат устроился на государственную службу, мы встретились с хорошими людьми, которые позаботились о нас, наставляли нас и оказали нам большую любовь, совсем не меньшую, чем родители. Вот что творит благодать Божия!
Когда постоянно говоришь Иисусову молитву устно и в уме, в свое время она станет сердечной, и после этого твоей душе откроются созерцания. Ты будешь, например, идти по улице и видеть деревья золотыми, как в раю. Действительно ли они золотые? Нет. Но когда у тебя в душе будет действовать Иисусова молитва, ум будет чист и во всем предан Богу, тогда все будет казаться тебе таким прекрасным, словно ты пребываешь во Граде Царствия, где все сделано из золота и драгоценных камней. Ничто тогда не покажется тебе земным, но ты узришь все в небесном свете. Это дарование приходит через молитву и называется духовным созерцанием.
Сестра: То есть, ты ощущаешь эти вещи, а не думаешь о них умом? Это видит разум?
Старица: Человеческий разум очень ограничен, но, если человек духовно потрудится, его ум расширяется и становится таким глубоким, что все чувственное он видит духовно. Как мне тебе объяснить, чтобы ты поняла? Это не познается при помощи логики, ты не используешь воображение. Это дается через непрестанную молитву, через умно-сердечную молитву. Тогда уму подаются созерцания. Ты идешь и видишь, как открываются Небеса, смотришь на дома и все кажется тебе золотым и усыпанным драгоценными камнями. И хотя ты на земле, ты думаешь, что уже сейчас находишься в раю.
Сестра: Можно ли человеку достичь этих состояний собственными усилиями?
Старица: Необходимо и собственное усилие, но нужна и благодать Божия. Если мы полностью предадимся Богу, Он дарует нам это. Но мы не интересуемся духовным, наш ум занят земным, и поэтому мы не можем постичь небесного и не можем ощутить его. Все это дарования Божии, и Бог хочет сообщить их нам. Он ждет усилий и с нашей стороны, но мы пренебрегаем небесным и погружаемся в ничего не значащее, проводим наше драгоценное время в земном и теряем это величие, которое наполнило бы нас такой радостью и ликованием, что наша душа веселилась бы и воспаряла горе.
Будем призывать и просить святых нашей Церкви помогать нам и ходатайствовать за нас, чтобы и нам узреть Бога в наших сердцах. Посмотрите, например, на святого Нектария Эгинского! Кроткий, смиренный, с терпением переносящий трудности и притеснения — человек, который принял по жизни несчетное множество оскорблений и клеветы. Он претерпел все это, бедняжка, зато теперь пребывает во славе.
Отец Н. рассказывал нам об одном иконописце, его духовном чаде, который написал икону святого Нектария. Как-то раз он находился у М., которая и по сей день воздвигает клевету на святого, и она сказала ему уничтожить икону. «Как же я уничтожу икону? Перепишу-ка я лучше лик и пусть это будет икона святого Нифона Константинопольского», — подумал он и принялся за дело. Когда отец Н. узнал об этом, то предупредил его: «Напрасно же ты лишил святого головы. Как бы тебе самому не поплатиться за это головой». Так оно и вышло. На следующий день, когда он шел в церковь, по дороге ехал грузовик и произошла авария: машина вылетела на тротуар и задавила его. Этот несчастный бился в агонии на асфальте прямо перед храмом.
О, как велико снисхождение Христово к нам, грешным! Как Он все время терпит зловоние человеческих грехов! «Смотрите, — говорит Он нам, — Я показываю вам, кто Я и что Я делаю ради вас, чтобы вы последовали за Мной, чтобы вы служили и почитали Меня, чтобы вы любили Меня и сострадали Мне. А вы хоть бы что...»
Каждый день, когда мы просыпаемся, начиная с сегодняшнего дня, будем полагать доброе начало и выполнять свой долг; делать то, что угодно Богу. Каждый раз, когда мы падаем, будем подниматься. Такова наша жизнь: мы падаем и встаем, снова падаем и снова встаем.
Никогда не будем терять нашу веру и надежду на Бога.
Старица Макрина (Вассопулу), «Слова сердца», издание монастыря Филофей, Святая Гора Афон
